Земляки Василия Шукшина: Расколоты Сростки

Facebook
ПлохоТак себеСреднеХорошоОтлично - Ваше мнение
Loading ... Loading ...
Просмотров: 57

Милые люди Василия Шукшина – как живут сегодня герои его произведений и в его родном селе Сростки?

Здесь вот уже пятый десяток лет ежегодно в июле проводятся Шукшинские чтения – Всероссийский фестиваль памяти Василия Макаровича. Его сверстница Зоя Сергеевна Николаенко делится воспоминаниями:

– Василий Макарович снимал фильм «Печки-лавочки». Начало снимали у нас в селе – проводы тракториста Ивана Расторгуева, колхоз наградил его путевкой на курорт. Для съемки нужны были старинные песни. Его мама тетя Маня об этом сказала моей тете. И Василий Макарович пришел в клуб, у нас был самодеятельный хор. Мы ему все свои старинные песни перепели – надо было видеть, как он переживал, ведь он весь вообще за народ.

Потом мы целую неделю работали, пели и плясали. Моя мама Прасковья Егоровна и сестра Галя, семь человек из нашей родни было.

Он очень болел, я ему сказала, слушай-ка, тебе два сердца надо, чтоб одно дома отдыхало, а другое работало тут. Разрывался, еще «Степана Разина» ставил, он его с ума свел. Говорю, так же ведь нельзя работать-то. Куда торопишься-то, куда? Отвечает, мне кажется, я еще мало работаю.

Потом уже было: приехал, а я на доску почета показатели пишу. Руку подал – кости, обтянутые кожей. Говорю, да ты откуда явился такой-то, где тебя держали? В санатории, говорит. Хотел вам «Печки-лавочки» привезти, сил не хватило… Вот как работал, ненормальный.

В коллективе его все хвалят, помощница говорит, мне подруги завидуют, что я с ним работаю.

Любил он людей. В Сростки приедет – так он с племянниками идет по улице, со всеми останавливается, расспрашивает. В книгах находишь живых людей из нашего села, простые замечательные люди. Книга «Любавины» – вся о Сростках. В райкоме партии машинистка Зоя – узнают в ней меня.

Матери своей Василий Макарович говорил, вот закончу с кино, вернусь в Сростки, буду писать дома. Он очень любил страну, свой Алтайский край и всей этой любовью он был полон в родном селе. Он рад был полям и лесам, радовался, что Сростки растут.

Сорок лет я тут работала, всё и всех знаю. Начинала машинисткой, потом в животноводстве учетчицей племенной работы, потом в плановом отделе. Наш совхоз, а потом племенной завод «Сростинский» был миллионером в советском измерении. Крупного рогатого скота было 5 тысяч голов, телок племенных продавали не только у себя в Алтайском крае, но и из других областей Сибири их закупали. Всё было у нас куда лучше! А теперь совхоз напрочь развалили.

Если бы всё это увидел сегодня Василий Макарович – испытал бы ужасные чувства.

Об этом говорят также секретарь сельской первичной организации КПРФ, председатель совета ветеранов Тамара Гавриловна Перепелицина, инженер Владимир Николаевич Фадеенков, строитель Валентин Иванович Иванцов, да и многие другие. В их благодарной памяти – старший товарищ детства и юности, необъятной доброты удивительный талант Вася Шукшин. Оставшийся нестареющим Василий Макарович всем своим многогранным творчеством доказал, что простые люди труда – любовь его сердца. Они главный предмет забот общества и страны. Они главное богатство и хозяева родной земли – народ труда.

И строили, и украшали жизнь. В.И. Иванцов в последние советские пятилетки был руководителем строительства в племзаводе «Сростинский». Своими силами в хозяйстве возвели кирпичный завод, выпускали за год миллион двести тысяч штук обожженного кирпича высокой марки. Там и дома были, в них жили труженики. Перерабатывали на пиломатериал более 1000 кубометров леса. Летом две пилорамы работали в две смены. Своя столярная мастерская. Бетонорастворный узел.

За год вкладывали в строительство больше 1 миллиона рублей советских денег – огромные средства, сегодня никто их и представить не может. Сдавали 20 трехкомнатных квартир. Вводили в действие два типовых корпуса на 200 голов крупного рогатого скота каждый. Сельскую котельную построили. Потом расширили, был один котел, еще два поставили. Плюс капитальный ремонт – одно производственное здание. Всё за год. А там еще текущий ремонт, всё жилье, вел совхоз. Сельский быт – на плечах совхоза. Построили и обслуживали водопровод, котельную. К любой неполадке – специалисты по первому слову являлись.

Люди были заняты такой работой! Летом в строительном цехе свыше ста человек, зимой поменьше. Круглый год работали четыре бригады. А летом еще «грачи прилетали» – сезонные рабочие.

С дорожным строительством – вообще никаких проблем. Сами открыли гравийный карьер, вскрышу сделали. Сотнями кубометров вывозили, и песок из речки – в бетон шло. Дешево и надежно.

Рядом с селом асфальтобетонный завод был. Строили асфальтовые дороги, площадки под зерновой ток и много чего еще. Цемент сотнями тонн, шифер возили вагонами. В двух складах хранили цемент. И всё шло в дело.

Теперь завод разрушен полностью. В советское время сдали последний дом, а с тех пор – ни одного дома для работников не строят. Молодые ждут, когда старики умрут, и жилье освободится. А власть говорит, чтобы рождаемость была… Да откуда она возьмется? Чтобы рождаемость была, нужна в первую очередь работа, крыша над головой, детский сад, школа, больничка.

Это имели при социализме, но прозевали – теперь всё с ног на голову. Страну захватили реставраторы капитализма. Шукшинские сверстники и плямяши превратились в «человеческий капитал», из которого стали выжимать наибольшую прибыль, а после отжима – работника в отбросы.

Такой счет и в родном селе Василия Макаровича. Народный, государственный племзавод «Сростинский» превратили в ОАО «Сростинский». Частное предприятие. Стадо скота поубавили. И урезать зарплату стали, до пяти тысяч свели в месяц, а то и вовсе прекращали выдавать.

– Сегодня уже декабрь, а заработную плату еще за октябрь не отдали, – рассказывает Т.Г. Перепелицина. – У меня сын работает трактористом, ему задолжали более 90 тысяч. По свидетельствам многих, у рабочих за год на счетах по 30–40 тысяч, а на руки выдают по 5 тысяч рублей. При этом, оказывается, местные работники не нужны, в селе безработица возникла. Выгоднее стало из других стран привезти – из Узбекистана, Туркмении, Казахстана – им еще меньше платить.

Молодежь разъезжается на вахтовые заработки, в Бийске, если кому повезет, пристраивается сторожем, прислугой. Или кто нанимается в селе строить дом богатому частнику. Летом построили, а зимой работы нету, тяжелое очень положение молодежи, просто плачевное.

Бывший совхоз продали. Сейчас опять продают, идет разговор. Начали было строить предприятие по переработке зерна – крупорушку, и еще по переработке молока. Бросили, и сколько лет стоят стены. Разрушаются.

Продуктивность коров в племзаводе сейчас очень низкая – 8,7 килограмма молока от коровы за день. В селе во дворах было три стада крупного рогатого скота, а сейчас одно, коров 50 не наберется. В центре села была очень хорошая ветеринарная лечебница для домашнего скота, в ней работали совхозные специалисты. Теперь ее раскатывают по бревнышку, стала не нужна. У кого есть дети, пытаются на козу сесть, молочко для детей получать.

Корова редко кому по силам.

Вот разрушенные склады минеральных удобрений. Раньше удобряли поля, повышали урожайность. Временщики в удобрениях, в поддержании плодородия земли не нуждаются, сеют наобум – что вырастет, то вырастет.

В нашем совхозе, да и в районе выращивали сахарную и кормовую свеклу. Мы обязаны были помогать в работах на поле. Сверх зарплаты совхоз еще давал бесплатно сахар. Сейчас у нас никакую свеклу не сеют.

Была в совхозе пасека – сейчас ее нет. Был сад. Выращивали яблоки, смородину, малину и другие фрукты и ягоды – всё давно заброшено. С началом «реформ» стали целенаправленно угроблять всё хозяйство, я иначе не могу это назвать. Выкачивали все деньги, выводили их куда-то.

Сростки всегда славились спортом. В центре села была детская спортивная школа, принадлежала совхозу – больше десяти лет она брошена, стоит, приходит в упадок. Лет пять назад мы начали биться, чтобы передали администрации села это помещение. Не смогли.

В советское время совхоз совместно с сельским советом держал село. Сегодня ушли от этого, сельская администрация ничего не может, там денег даже на зарплату не хватает.

Наш совхоз построил в 1988 году прекрасную больницу. Было хирургическое отделение, родильное, гинекология, работали два терапевта, стоматолог, невропатолог. Сейчас остался один терапевт, сам себе и главный врач.

Было 20 круглосуточных коек, на нынешний год оставили только 5. Решается вопрос: до нового года вообще закрыть стационар. Оставить только дневной. А ведь есть старики, которые не могут ходить на лечение: укол сделали и иди домой. И это при том, что больница стоит на Чуйском тракте, в случае чрезвычайного происшествия врачи обязаны оказать срочную помощь. А что можно сделать, если один врач на всё. Закроют больницу – сократят персонал. Медсестры тоже люди, жить хотят, а как без работы? Мы планируем после нового года созвать всех на митинг – отстоять нашу больницу.

Мы дошли до краевой прокуратуры, добивались капитального ремонта детсада. Отремонтировали, но не поставили ограду. После всех наших обращений поставили забор вдоль дороги, а с остальных трех сторон детская площадка так и остается открытой. Денег нет – такая нищета.

Дороги в Сростках безобразные. Улицы не освещенные, темнота сплошная. Мы губернатору писали, деревня Потемкино, а не Сростки.

Герой фильма «Печки-лавочки» тракторист Иван Расторгуев едет из родного села Сростки в город Бийск на поезд. Что бы он сегодня увидел в дороге до райцентра?

Эту картину раскрывает первый секретарь Бийского райкома КПРФ Сергей Михайлович Шлыков:

– Первое на пути – село Полеводка, отделение бывшего совхоза «Светлоозерский». Выращивали свиней, племенное хозяйство было. Сейчас там ни одной скотины нет.

Дальше – поселок Чуйский. Там была дробильно-сортировочная фабрика. Гравий, песок оттуда возили. Железобетонные изделия там производили, блоки фундаментные. Сейчас всё частным стало. Мало-мал копошится, щебенку оттуда везут. В поселке начальная школа была, уже не работает.

Следующее – село Верх-Катунское одноименного совхоза. Даже в Москве знали здешнюю конеферму, ее питомцы участвовали в скачках на столичном и многих других ипподромах. Не меньше славилась крупная племенная свиноферма. Ныне от обеих ферм осталась лишь затухающая слава.

Такова же судьба племенного зверосовхоза «Лесной». Это хозяйство давало исконно сибирскую продукцию – великолепную пушнину, ежегодно: 120 тысяч норок, 15 тысяч лисиц и 2 тысячи соболей. На племенной молочно-товарной ферме содержали 200 коров со шлейфом породистого молодняка. И всё это богатство ликвидировано, и стали «лишними» около 700 работников.

При виде всего этого с каким бы настроением сел в Бийске в поезд колхозный курортник Иван Расторгуев, он же Василий Шукшин, и поехал через весь Алтай и всю страну? Впечатления складывались бы в общий груз, который отражается в годовых итогах государства. А они далеки от сановной игры в восторги по поводу мировых рекордов капитализма на ниве России.

Народный писатель открытым сердцем принимал жизнь родного Алтая. Повсеместно и уже дольше четверти века при всех потугах буржуазного строя нарастают разрушительные перекосы в сельском хозяйстве и всей деревенской жизни. Продолжается непрерывное уничтожение базовой отрасли существования села – разведение крупного рогатого скота: ликвидируются фермы и подворья. Жажда самых быстрых денег от сбыта за бугор еще одного вида российского сырья – зерна – ослепляет «новых хозяев». Им не терпится и не хочется перерабатывать сырье в многократно более дорогую конечную продукцию, на это требуется время и затраты. В данном случае прежде всего пропустить зерно через животноводство и получить мясо, молоко, другую ценную продукцию. А это значит не только зерновое, но сбалансированное многоотраслевое сельское хозяйство с несравнимо большей прибылью от природных богатств и народного труда. И особенно – в интересах народа. Видимо, буржуазная власть в России не способна этого понять. И с каждым годом страна опускается по ступенькам экономического кризиса и глубоких духовных потерь.

Это и ощущают с болью путешественники по стопам героев Василия Макаровича вновь и вновь возвращаясь к нему – в последних кадрах фильма «Печки-лавочки» и на горе Пикет, над родным селом Сростки. И живой на экране, и бронзовый на постаменте – исходящее от него душевное тепло впитывают его милые люди, дорогие люди труда.

Федор Подольских

sovross

Опубликовал: admin | Дата: Дек 28 2017 | Метки: В России и б/р СССР |
Вы можете добавить свой комментарий ниже. Вы можете отправить новость в социальные сети.

Комментировать

Допустимый объём комментария: не более 1200 знаков с пробелами

WordPress Blog

Последние комментарии

Мы в соцсетях

Поддержать сайт

руб.
Счёт № 41001451132177
Z328083690732
R145935562411 или +79135786207
Карта № 4276 8310 2377 4695 или
Счёт № 40817810931284000016/53
Кошелёк № +79135786207

блиц-поиск

Моя первая Зеркалка

Хотите выжать максимум из вашей зеркальной фотокамеры?
ЗАКАЗАТЬ

Photoshop CS5
от А до Я

Автор этого курса - Евгений Карташов - признанный эксперт Adobe Photoshop. Курс состоит из 2-х дисков и содержит 100 уроков в отличном качестве
ЗАКАЗАТЬ

Photoshop для фотографа
(новая версия)

Как получать прекрасные фотографии даже без дорогой фотокамеры
ЗАКАЗАТЬ

Бюджетная фотостудия или секрет фотовспышек

Как организовать свою портативную фотостудию? Как с минимальными затратами на свет получать фотографии, как в полноценной студии, при этом оставаясь мобильным?
ЗАКАЗАТЬ

Записей на сайте: 29,770 | Комментариев: 19,703

© 2010 - 2018 «Красноярское Время» – информационный портал:
важные политические, экономические и социальные темы, актуальные новости, обзоры, рейтинги, публицистика,
аналитика, версии, исследования, итоги, мнения известных людей, комментарии, видеозаписи, фонограммы.
Автор проекта: Щепин К.В.
При использовании материалов гиперссылка на «Красноярское Время» обязательна! Все права защищены!
Материалы сайта предназначены для лиц 18 лет и старше!

Войти | ManagAdNews
WordPress主题
Wp Advanced Newspaper WordPress Themes Gabfire