Сталинское наследие: советский ядерный щит

Facebook
ПлохоТак себеСреднеХорошоОтлично - Оцените статью:
Loading ... Loading ...
Просмотров: 149

Как американский атомный меч дрогнул перед советским ядерным щитом

17 июля 1945 года в Потсдаме, в одном из предместий Берлина, открылась третья по счету конференция глав государств антигитлеровской коалиции. Уже в первый или на второй день работы конференции президент США Гарри Трумэн счел своим долгом сообщить И. В. Сталину о наличии в Америке силы бомбы необычайно большой силы, не назвав ее атомным оружием.

В момент этого сообщения, как потом писали за рубежом, Уинстон Черчилль впился в лицо Сталина, наблюдая за его реакцией. Но тот ничем не выдал своих чувств. Черчилль и Трумэн, да и многие другие англо-американские авторы считали, что, вероятно, Сталин…не придал значения сделанному ему сообщению.

«На самом деле…И. В. Сталин в моем присутствии рассказал В. М. Молотову о разговоре с Трумэном. Молотов тут же сказал:

- Цену себе набивают.

И. В. Сталин рассмеялся:

- Пусть набивают. Надо будет переговорить с Курчатовым об ускорении нашей работы.

Я понял, что речь шла об атомной бомбе».

Так описывал этот эпизод в своих «Воспоминаниях и размышлениях» Маршал Советского Союза Г. К. Жуков. Не добавив при этом, правда, что свидетелем этого разговора был еще один Маршал Советского Союза. Лаврентий Берия, которому по роду своих занятий, помимо прочего, как и в Тегеране и Ялте, было вменено обеспечение вопросов безопасности советской делегации. К этому времени они будут знакомы с академиком Курчатовым уже не первый год. После Потсдамской конференция начнут совместно работать – плотно и плодотворно.

15 января 1946 года в газете «Известия» появилось краткое сообщение: «Президиум Верховного Совета СССР удовлетворил просьбу заместителя Председателя СНК СССР т. Берия Л. П. об освобождении его от обязанности министра внутренних дел ввиду перегруженности его другой центральной работой».

О сути другой «центральной работой» ничего не добавлено да и ничего не могло быть сказано, потому что Постановление Государственного Комитета Обороны от 20 августа 1945 года «О Специальном комитете при ГОКО имело гриф «Совершено секретно» (Особая папка). В соответствии с этим постановлением создавался Специальный комитет с чрезвычайными полномочиями для решения любых проблем «Уранового проекта». В его состав вошли: Л. П. Берия – председатель; Г. М. Маленков – секретарь ЦК ВКП (б); Б. Л. Ванников – нарком боеприпасов; А. П. Завенягин – заместитель наркома внутренних дел, начальник 9-го Управления НКВД; И. В. Курчатов – заведующий лабораторией №2 АН СССР, научный руководитель проблемы; М. А. Махнев – секретарь Специального комитета; М. Г. Первухин – нарком химической промышленности СССР и еще ряд руководящих товарищей.

Началась «атомная линия» в СССР, как и следовало ожидать, с ее чекистских и разведывательных аспектов. И одной из первых задач была поставлена задача «атомной» разведки в оперативном письме заместителю резидента нью-йоркской резидентуры Гайку Овакимяну еще до войны Виктором (оперативный псевдоним начальника внешней разведки Павла Фитина, о нем более подробно шла речь в публикации «Предел мечты любой разведки мира»). Вскоре на имя Наркома внутренних дел поступили секретные материалы из Англии, касающиеся работ британских ученых в области использования атомной энергии урана для военных целей.

Чуть позднее ученый-физик Георгий Флёров в своем письме И. В. Сталину обратил внимание на прекращение в зарубежных научных изданиях (США, Англия, Германия и прочих) результатов исследований по ядерной проблематике. Следовательно, эти страны вплотную подошли к созданию собственного атомного оружия. Флёров после окончания физико-технического института был одним из способных учеников Курчатова. В 1941 году его призвали в армию, служил в действующих авиационных частях. Конечно же, не следовало к сказанному добавлять, что было бы непозволительной роскошью оставлять на передовой ученого-ядерщика, его тут же незамедлительно направили в распоряжение АН СССР. Это был хорошо знакомый Курчатову еще с довоенных лет молодой ученый, чьи работы по физике атомного ядра в ученых кругах были хорошо известны.

Но пока что возможности получения «нового вещества, обладающего громадной энергией, «превышающего энергию угля в несколько миллионов раз», пришлось отложить до лучших времен. Немцы стояли под Москвой. В 1943 – 1944 годах темпы поступления разведывательных материалов были, пожалуй, даже, более быстрыми, чем наши собственные научные разработки по урановой программе.

Заведующий Лабораторией №2 Курчатов писал отзывы на разведывательные донесения, адресовал свои докладные записки наркому Первухину, но до прорывных действий было далеко. И причина была, думается, не только военное время. Проблема еще ждала опытного Управленца и Организатора. А события в мире развивались стремительно, и грозное начало атомной эры было на пороге.

6 августа 1945 года военно-воздушные США подвергли варварской атомной бомбардировке японский город Хиросима. Через день, 8 августа, еще одна атомная бомба обрушилась на соседний город Нагасаки. Общее число человеческих жертв было потрясающим: более 230 тысяч мирных жителей. В военном отношении оба эти удары не представлял собой большой военной ценности. Значительно большую угрозу представляли для командования миллионной Квантунской армии перешедшие в наступление все три советских фронта – Забайкальский, 1-й Дальневосточный и 2-й Дальневосточный.

Не стоит, конечно, преподносить «детей микадо» как невинных овечек, а еще идеализировать сущность и политику императорского режима «страны восходящего солнца», в течение тридцатых – первой половины сороковых годов проводившего античеловеческую и агрессивную политику. По масштабам своих зверств японский фашизм мало в чем уступал гитлеровской Германии. Его жертвами стали десятки стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Только в Китае за полтора десятилетия (1930 – 1945 г. г.) от рук японских изуверов погибло 35 миллионов жителей Поднебесной.

Сталин в самом начале Потсдамской конференции уловил скрытый смысл информации американского президента о создании оружия чудовищной силы. Через две недели мир содрогнется, узнав, как в пепел и руины превратились сразу два японских города. Глава Советского государства не питал излишних иллюзий, кого вскоре может поглотить ядерный смерч.

Первый план атомного удара по СССР под названием «Тоталити» был разработан к концу 1945 года. 20 мощных ядерных зарядов должны были накрыть 20 городов, включая Москву, Горький, Куйбышев, Свердловск, Новосибирск и прочие.

Зловещий конвейер смерти, равному которому не могло быть в истории всех войн, мог быть запущен в любую минуту. Июль 1946 года, план «Пинчер» («Клещи») – еще 50 бомб для 20 советских городов. Конец 1948 года, план «Сиззл» («Испепеляющий жар»), уже 133 бомбардировки 70 наших индустриальных центров. К началу 1950 года объединенный комитет начальников штабов США утверждает план «Дропшот», преследующий уничтожение 85% промышленного потенциала страны и ликвидацию Советского Союза как самостоятельного государства. Единственное, что помешало реализовать американцам эти людоедские замыслы – это отсутствие в тот момент надежных носителей ядерного оружия. А как советская истребительная авиация умела расправляться с главной ударной силой авиации США – их «летающими крепостями» B-29A, американцам убедительно показал опыт войны на Корейском полуострове. И еще: все эти планы почти тотчас становились достоянием Сталина и Берии

Составителей этого и прочих античеловеческих планов, конечно, меньше всего интересовало или вообще не интересовало, что треть Советской страны лежала в развалинах, что национальный доход СССР составлял в 1945 году лишь 83% по сравнению с 1941 годом, что выплавка стали, добыча нефти, валовой сбор зерновых даже не приблизились к 1939 году. О какой можно было говорить о новой советской угрозе? Расчет был на то, чтобы СССР, или то, что останется от их «испепеляющего жара», запросит пощады и остатков с барского пиршества победителей.

Уже на склоне своих лет советский академик, один из руководителей советских проектов атомного оружия Юрий Харитон, а прожил он долгую жизнь, сознался, что за образец был взят один из двух экземпляров, испытанных у американской горы Аламогордо. Свидетелем и участником этого адского эксперимента стал немецкий физик Клаус Фукс. Он и помог раздобыть почти всю проектную документацию, вплоть до чертежа одного из испытанных «изделий». Все они стали достоянием советской разведки. Руководствовался Фукс желанием положить конец смертоносной ядерной гонке, а не корыстными убеждениями. Британские спецслужбы многие годы бились над тем, откуда по радио идут потоки ценной разведывательной информации. Лишь в 1950-м удалось им «вычислить» Клауса Фукса. После долгих лет тюремного заключения нашел он свою новую Родину в ГДР, стал членом СЕПГ.

Даже одна, изготовленная с применением идеальных американских технологий, переправленная каким-то образом в Союз, конечно, прорыва на атомном фронте не сделала бы. Вспомним хотя бы, как Советская страна в довоенные годы создавала свой оборонный щит. Понадобилось без малого полтора десятилетия, и то не все успели сделать и предусмотреть. А здесь требовалось за какие-то четыре года создать невиданную ранее в стране отрасль по производству ядерного оружия, в которую следовало привлечь лучшие оборонные предприятия, сотни тысяч наиболее опытных управленцев, теоретиков и практиков, ученых и экспериментаторов. Как и в 1941-м, речь шла жизнь о судьбе и будущем страны – победителя мирового фашизма.

О том, как шла эта самоотверженная, требующая высокой отдачи работа, лучше всего может рассказать капитальное и многотомное издание «Атомный проект СССР. Документы и материалы…». Именно их особая засекреченность спасла от уничтожителей архивов, от Хрущева до Горбачева и Ельцина. Том за том, страница за страницей раскрывают они, как скрупулезно шла речь над созданием оружия возмездия. Стенограммы заседаний Спецкомитета, лаконичные, спрессованные так, что дальше некуда, поручения, постановления, акты экспертиз и выводов. Во всем этом чувствовалась опытная рука организатора, прошедшего долгие годы рядом с И. В. Сталиным, перенявшего от него опыт и стиль управления, умение объединять работу многих в единое целое.

Если мысленно представить «атомную империю», то в ее центре были бы Саров, впоследствии вошедший в историю, как «Арзамас-16», где «священнодействовали» академики И. В. Курчатов, Ю. Б. Харитон, генерал П. М. Зернов, которых не требовалось понукать, здесь каждый знал свое дело. Тут, кстати, обрел второе призвание легендарный конструктор танков Николай Леонидович Духов, снискавших немеркнущую славу в битвах Великой Отечественной войны. Теперь он стал автором плутониевых зарядов будущего изделия.

Затем следовал комбинат «Челябинск-40», как он именовался в документах – комбинат №817 по производству плутония. И еще, как уже отмечалось, сотни предприятий-смежников от Карелии до Сибири до Казахстана. По соседству с ними вырастали новые города и поселки, в которых людям создавался широкий набор услуг и комфорта. Была продумана гибкая система стимулирования всех, кто «работал» на создание будущего ядерного щита. Пришедший после смерти Сталина Хрущев одним махом упразднит все эти льготы и надбавки.

Читающий эти строки либерал, возможно, ухмыльнется: «Попробуй выполнить что-либо из намеченного, когда над тобой день и ночь висит карающая десница Берия с его угрозами «сотру в лагерную пыль». Конечно, они бы предпочитали видеть на сапогах атомную пыль, только на чужих, но не на своих. Ученые, руководители предприятий видели совсем иное – уважительное и доброжелательное отношение в сочетании с высочайшей ответственностью и дисциплиной. Не стоит скрывать, что на строительстве атомных объектов широко использовался труд немецких военнопленных вкупе с коллаборационистами, запятнавшими себя причастностью к военным преступлениям.

Огромного размаха потребовала разведка урановых месторождений, организация добычи уранового сырья на территории СССР, Германии, Чехословакии, Болгарии, перепрофилирования старых и создания новых заводов и фабрик, создания новых производств различных материалов (например, требовался, например, графит такой высокой чистоты, которого до этого в стране не производилось). «Атомная оборонка» подтягивала за собой, содействовала ускорению научно-технического прогресса в других отраслях.

В ночь с 28 на 29 августа 1949 года на полигоне, седой от ковыля казахской степи под Семипалатинском, мало кто спал. Какой там сон? Завершались последние приготовления, хотя, казалось бы, еще раз проверен каждый узел и стык, каждая клемма. К сожалению, командир штурмовой дивизии генерал Комаров погодой не порадовал. Накануне было дождливо и ветрено. Но Курчатов предпочел сдвинуть намеченное время взрыва с 8.00 на 7.00 часов утра. В бункере председатель Государственной приемной комиссии Берия, члены Специального комитета Курчатов, Первухин, Завенягин, Махнев. Академик Кирилл Щелкин дает команду на выкатку из хранилища изделия РСД-1 (уже после все участники шутливо переименовали его так – «Россия сама делала»). Он же нажал кнопку «Пуск!». «Ровно в 7.00 вся местность озарилась ослепительным светом, – писал в своих воспоминаниях К. И. Щелкин. – Приблизительно через 30 секунд к командному пункту подошла (ударная) волна.

Всем стало ясно: опыт удался…»

Будущий академик и будущий научный руководитель М. А. Садовский ядерного полигона так описывал первые минуты триумфа. Мы бросились друг к другу, обнимались, поздравляли друг друга и сами себя, кричали: «Она у нас есть!». «Мы сумели ее сделать!..».

Закончить эту сцену позвольте строками романа-хроники советского писателя-атомщика Сергея Кремлева: «И над казахской ковыльной степью в то утро как будто второй раз взошло солнце…

Впрочем, это действительно было утро нового дня Планеты – дня, когда Россия обрела тот Ядерный Щит, который мог сдержать уже занесенный над ней Ядерный Меч Мирового Зла»».

Показательной стала сдержанная реакция ТАСС на заявление Трумэна о произведенном в СССР атомном взрыве. США ведь надеялись, что русские смогут сделать это не раньше 1952 года, а то и позднее. Взрыв советской стороной отрицался, фиксация его западом связывалась со строительными работами больших масштабов.

За океаном, конечно, всполошились. Но это были теперь уже их проблемы. В упомянутом заявлении ТАСС была ссылка на сделанное двумя годами ранее заявление В. М. Молотова: «…Советское правительство, несмотря на наличие у него атомного оружия, стоит и намерено стоять в будущем на своей старой позиции безусловного запрещения применения атомного оружия…».

В этом был точный, умный и безошибочный расчет И. В. Сталина. Пусть, мол, янки думают, что бомба есть у русских давно.

Добавить к сказанному сообщению может разве что письмо начальника Генерального штаба ВС СССР С. М. Штеменко на имя Берии, в котором, в частности, было сказано: «…американцы считают, что если испытание бомбы прошли успешно, то, видимо, в СССР уже начато серийное производство атомного оружия».

Затем на Семипалатинском полигоне состоялись первый, второй, третий ядерные взрывы… Здесь же 12 августа 1953 года прошло первое испытание советской водородной бомбы – на два года раньше, чем это сумели сделать США. «Великая атомная держава» окончательно простилась со своей гегемонией на производство и применение наиболее смертоносного оружия. Однако разделить этот триумф вместе с товарищами и единомышленниками Лаврентию Павловичу Берии не пришлось. К этому времени его уже не было в живых. Давайте, пожалуйста, хотя бы в это знаменательный день не плодить бред о том, что он, дескать, вынашивал чудовищный переворот против высшего партийного руководства и советского государства, что он являлся агентом мусаватистской, английской и Бог знает каких еще разведок. Кому понадобилось устранение наиболее талантливого после Сталина Управленца и Организатора? Хрущеву и его камарилье? Или его просто использовали втемную те, кто был заинтересован в быстрейшем устранении достойного продолжателя великого Сталинского дела? Но это уже иная история.

Единственного, чего не удалось хрущевцам-горбачевцам, так это добраться до надежных запасников и архивов, где хранились будущие смелые разработки, которые нынче с успехом используют Вооруженные силы России. Ведь сумели Кисунько и Берия-младший еще в начале 50-х годов создать вокруг Москвы систему, по сути, неприступной противовоздушной обороны.

Поклонимся же тем Великим Годам, рождавшим таких Великих Людей. Сталин, Берия, Курчатов, Зернов, Завенягин, Щелкин, Духов… Многие из них не доживали даже до шестидесяти лет, получая немыслимые дозы облучения и, стремясь укротить разбушевавшийся атом, подчинить его защите нынешнего и грядущих поколений.

Святая им память, творцам советского ядерного щита!

Владимир Сиряченко

P.S. В настоящей публикации автор использовал произведения Сергея Кремлева, Елены Прудниковой, Арсена Мартиросяна, Сергея Берии «Мой отец – Лаврентий Берия», Юрия Мухина, воспоминания академика Юрия Харитона, «Атомный проект СССР. Документы и материалы». Тома 1 – 8.

Опубликовал: admin | Дата: Сен 4 2019 | Метки: История |
Вы можете добавить свой комментарий ниже. Вы можете отправить новость в социальные сети.

Комментировать

Допустимый объём комментария: не более 1200 знаков с пробелами

Free WordPress Themes

Последние комментарии

Мы в соцсетях

Поддержать сайт

руб.
Счёт № 41001451132177
Z328083690732
R145935562411 или +79135786207
Карта № 4276 8310 2377 4695 или
Счёт № 40817810931284000016/53
Кошелёк № +79135786207

блиц-поиск

Моя первая Зеркалка

Хотите выжать максимум из вашей зеркальной фотокамеры?
ЗАКАЗАТЬ

Photoshop CS5
от А до Я

Автор этого курса - Евгений Карташов - признанный эксперт Adobe Photoshop. Курс состоит из 2-х дисков и содержит 100 уроков в отличном качестве
ЗАКАЗАТЬ

Photoshop для фотографа
(новая версия)

Как получать прекрасные фотографии даже без дорогой фотокамеры
ЗАКАЗАТЬ

Бюджетная фотостудия или секрет фотовспышек

Как организовать свою портативную фотостудию? Как с минимальными затратами на свет получать фотографии, как в полноценной студии, при этом оставаясь мобильным?
ЗАКАЗАТЬ

Записей на сайте: 32,399 | Комментариев: 20,850

© 2010 - 2018 «Красноярское Время» – информационный портал:
важные политические, экономические и социальные темы, актуальные новости, обзоры, рейтинги, публицистика,
аналитика, версии, исследования, итоги, мнения известных людей, комментарии, видеозаписи, фонограммы.
Автор проекта: Щепин К.В.
При использовании материалов гиперссылка на «Красноярское Время» обязательна! Все права защищены!
Материалы сайта предназначены для лиц 18 лет и старше!

Войти | ManagAdNews
Free WordPress Themes
Wp Advanced Newspaper WordPress Themes Gabfire