О вседозволенности и еще кое о чём

Facebook
ПлохоТак себеСреднеХорошоОтлично - Ваше мнение | Оценок: 4, Рейтинг: 5.00/5
Loading ... Loading ...
Просмотров: 142

Нынешний год для всех нас не совсем обычный: им кончается (и начинается новое, очередное) 25-летие нашей вита ноуа – жизни нашей по-новому: в другой стране, с другим названием.

Срок, конечно, небольшой, в историческом масштабе и вовсе ничтожный, но по человеческим меркам – довольно приличный – вот ведь целое поколение вошло в жизнь – как ни крути! По крайней мере, четверти века вполне достаточно, чтобы подвести какие ни есть итоги, оценить выпавшую на нашу долю, современников и очевидцев переворота, реальность, в которой теперь проживаем. Ради нового, наступающего 25-летия, оглянемся.

Когда дело доходит до оценок того или иного явления, события, какого бы масштаба оно ни было, а особенно если оно в той или иной мере отлагается на происходящем с нами, в той или иной степени и поныне задевает за живое, первой мыслью, пусть иной раз и подспудно, блуждающим огоньком в ночи, а чаще же в открытую, в упор, высвечивается вопрос: случайно оно, это самое происшедшее, или неслучайно? Что до того события в Беловежской пуще, о котором п е р в ы м и узнали, по верноподданному докладу заговорщиков, наши заокеанские «друзья»-вдохновители, – о кончине страны под названием СССР, – оно, как всегда и бывает с событиями такого рода, и случайно, и неслучайно.

С л у ч а й н о – если, отвлекаясь от того самого признака: на кого сработало, кому было сюрпризом на душу, будем судить по уровню и составу его «болотных» вершителей. Теперь-то предельно ясно, что не народ тут был головной болью, не судьбы страны, которая, изнемогая в судорогах предельного истощения, как никогда в тот момент нуждалась в ясной голове и твердой руке, способной вывести ее из тупиков предшествующего недомыслия и безволия. С л у ч а й н о, потому что сами эти вершители были выброшены на уровень «стратегов» лишь стечением обстоятельств, вошли во властные структуры в итоге перипетий присущих тому времени теневых комбинаций, нечистоплотных приемов всякого рода выборных подтасовок. Будь на их месте другие, приверженные духу народного волеизъявления – за сохранение СССР, – разворот событий был бы, нечего и гадать, иным. Ну и вдобавок ко всему – обилие случайностей другого пошиба, которыми так богаты были наши 80-90-ые с их трясучкою в верхах, с их неуправляемой суетой хаотических, разнонаправленных устремлений, что порождало, в свою очередь, случайности все более низкого разбора…

И н е с л у ч а й н о… Потому что тот «болотный» сговор явился своеобразной вершиной событийной пирамиды; своими основаниями она опиралась на более ранние периоды жизни страны, творившей, да не покажется это велеречивым, новую историю, задыхаясь в тисках годами не решаемых противоречий собственного развития и расчетливых давлений извне… Впрочем, позволю себе остановиться на этом: «случайность-неслучайность» – категория философская, не для событийных «ЗАМЕТОК». (Более обстоятельно сей тонкий предмет затрагивается мной в романе «Врата небес», заключающем трилогию с названием «Страна обетованная» – о жизни страны нашей с предвоенных лет до нынешних времен).

Для юбилея же более продуктивен и уместен, понятно, другой ракурс: хотя бы беглый огляд всего того, «что мы имеем, что получилось в итоге». Всегда ведь любопытно, коль скоро сосуд опрокинулся, что из него вылилось и что на донышке осталось. Под «юбилейную» же крышку заглянуть, – так и того более. Баланс обретений и проторей, – каков он?

В переводе на социальные пертурбации, особливо же с изменением государственного строя, сей баланс, при всем множестве и значимости составляющих, позитива и негатива, укладывается в итоге в один, все вбирающий в себя пункт – и д е ю. Она, эта идея, подвигнув на крайние меры участников событий, открывает перспективу всему дальнейшему движению подвергшегося ломке общества. Для Великой французской революции, к примеру, это была идея всеобщего равенства, которая, в конечном счете, легла в основание современной западной демократии, Социалистическая революция в России выдвинула идею равенства социального на базе отмены частной собственности и эксплуатации человека человеком; тот же украинский майдан, как и гитлеровский рейх, движими были националистической идеей и т.д. Общим же порогом нашего нынешнего слома было, как ни странно это прозвучит… о т с у т с т в и е вообще какой бы то ни было идеи (впрочем, и в становлении нынешнего порядка тоже). Ее нет и поныне – не зря же по этому поводу время от времени с разных мест доносятся вздохи и сетования. Страна как бы движется сама собой, спонтанно, от отметки до отметки, – в этом г л а в н о е с у щ е с т в о переворота 91-го года и его последствий по сегодняшний день.

«Все переиначить, чтоб было не так, как было, сломать, к чертовой матери, все, что есть!», – дальше этого «идейная» установка лиц, чьими руками (подписи на бумагах) и велениями (указы, постановления и проч.) утверждался новый порядок, та самая вита ноуа, которой живем, – дальше этого тут помыслы не простирались. Надо всем тем, как дело шло в государственном плане, стлался, погружая страну в экономический хаос п е р в о н а ч а л ь н ы х п р и о б р е т е н и й (не путать с первоначальным накоплением – базой классического капитализма), становясь все гуще, смог бесконтрольного, не исключая и силового, расхвата общественной собственности («прихватизация», – по слову тех, кого обирали). Если такой, владевший протагонистами новых порядков комплекс собственнических устремлений и не подходит под понятие «идея», то, извините, ничего другого просто не существовало. Ради точности дополню, что и под понятие государственная «воля», если на то пошло, те устремления тоже не ложатся, ибо алчность, как побудительный мотив приобретательства, – это совсем другое. Зато «воли к власти» (по Шопенгауэру, особо – Ницше) у фигуры, вознесенной силой тех самых случайностей, о которых речь шла выше, на самую вершину новой властной пирамиды, хватало с избытком. Только направлялась она – и не только в силу сложностей политической обстановки (как пример: танковый расстрел парламента!) – исключительно на «самообслуживание». В итоге – что получалось, то и получалось.

Потому и массированный хапеж (ваучерная авантюра в общем ряду «законодательных» обоснований частнособственнических поползновений), в масштабе всей страны – по принципу аппетит приходит во время еды, – не только не сдерживался ни властно, ни законодательно, но разбирался, подобно огню в сухостойном лесу, со все большей силой, переходя местами в формы открытого бандитизма, организованной преступности. Особо тут надо выделить молодежь, потерявшую, вследствие встряски, какие бы то ни было жизненные ориентиры, кроме одного – ориентации на хищнический «прихват», – но уже с кровавым подбоем, в формах леденящей ум жестокости. (Как показатель, до какого ужасающего изуверства в р а с ч е л о в е ч е н и и способно доходить человеческое существо в одури насильственного отъема материальных благ!)…

Но такова уж природа жизнедеятельности человеческого общества. Когда оно утрачивает перспективу на последующее время, то, прежде всего, падением с обрыва, убивается духовность – очень деликатная, легко подвергаемая истончению сфера, лежащая в основании общественной морали. Тогда всяк – кто во что горазд! Преобладающим мотивом действий становится личный интерес, а поведения – одержимость б л а г а м и, никакими рамками не ограничиваемая жажда у д о в о л ь с т в и й, н а с л а ж д е н и й (римское общество конца империи – для наглядности).

Обычно этим все и кончается, как то и сталось с той же Римской империей. Феноменальность же нашего казуса в том и состоит, что у нас именно с э т о го – отсутствия идеи как целеполагания на будущее – все как раз и начиналось. Так в смысле идейных ориентиров и живем: как Бог кому на душу положит! Тем самым мы попали в кругооборот непредсказуемого, без головы четверть века назад запущенного верчения: все само собой перешло в сегодневный практический проворот, уместилось, если судить по главному мерилу, в диапазоне от способов добывания благ до пользования ими, от владения до потребления…

Тут уж не до морали, на передний план выступает м е р и л о: сколько и чего «нароешь», у кого что в загашнике, что б у д е т в итоге в наличии. Вожделенная полнота обладания измеряется исключительно в цифрах; скажем, длиной – от кормы до носа – престижной яхты, сотнями, а то и тысячами квадратных метров недвижимости, особенно ценимой в дальних палестинах, коллекциями дорогущих часов (?!) или раритетных ювелирных драгоценностей, и – особо эйфорично(!) – количеством нулей счета в банке. Когда такое измерение обретает характер социального статуса, различаясь только масштабами цифровых выявлений, то это, именно это, и сообщает государству его истинный характер. Переходит, так скажем, в строй жизни, подминающий под себя и сферы, впрямую не связанные с миром практических, тем более, меркантильных оборотов (наука и образование, медицина и спорт, искусство и литература и т.д.). Деньги, капитал, становясь всевластной силой, главным регулятором взаимоотношений между людьми, легко п р о р ы в а ю т пелену законов, над которыми, не щадя сил, трудится с пчелиным упорством наша Дума. А уж отсюда рукой подать до ощущения всевластия, порождая у их владельцев мысль о своей вседозволенности, безнаказанности. Почему бы и нет! При таком-то могуществе обладаемого!

На фоне с удовлетворением наблюдаемых общественностью в последнее время противодействий властей этому всемогущему джину вседозволенности из бутылки псевдодемократии, ныне достигшему, можно сказать, апогея в своем развороте (миллиардные (!) хищения, мошенничества в особо крупных размерах, всеэтажная чиновничья коррупция, потрясающие воображение хитросплетения в виде неслыханных премий и откатов, разномастные антиобщественные деяния и т.д. и т.п.), – так вот, на наблюдаемом обнадеживающем громе закона особое внимание общественности привлек случай с тремя губернаторами (а плока писались эти заметки, с руководителями следственного (1) комитета РФ), привлеченными к уголовной ответственности – каждый, естественно, за свое. Будучи абсолютно не вправе судить о степени вины каждого, коснусь лишь одного момента, с данным казусом (три в одном «флаконе») соотносящимся напрямую , – со все той же проблемой вседозволенности во властных и прочих структурах.

Дотошные журналисты предали фотогласности «поместье» одного из подследственных. Не стану комментировать видеоряд, но судя по нему, обмолвлюсь: далеко-далеко не все из высших царских сановников могли бы похвастаться такой степенью благоустроенности своих имений (о советском времени на эту тему и заикаться нечего). Опять же, не зная, на какие (чьи) миллионы воздвигалась вся эта благодать, не стану и по сему деликатному поводу наводить тень на плетень. Но… Вот сижу и думаю… Неужели же ему, субъекту на виду, п о л и т и к у, имевшему напрямую дела с людьми, небезразлично было, ч т о они думали о нем, как руководителе, верхнем представителе власти в регионе, видя, каким высоченным забором с колючей проволокой и камерами наблюдения отгородился он от них, – всех тех, кому по «идее» должен бы служить. Полагаю, отгораживался-то неспроста – не от власти же, что и над ним тоже, – до нее далеко. А вот от пытливых глаз сограждан – забор повыше, и живи в свое удовольствие, полновластным хозяином всего и вся на вверенных попечению территориях, наслаждаясь, к примеру, в жару личным пляжем! Конечно же, причины такого рода служебной распоясанности могут быть самые разные. Они могут крыться и в личных качествах, скажем, завышенный градус сибаритства. Но чем же еще, в первую голову, как не психологическим вывертом вседозволенности, покрывающим все остальные, ее, эту распоясанность следует объяснять, если мы хотим дойти до корня!

Мой довод, применительно к подобным случаям, в нынешние времена может показаться кое-кому излишне ригористичным или, напротив, расцениться, как наивность, – не удивлюсь, если так или этак. Но чуть сдвинем мерную рейку. Пройдемся снизу вверх по властным структурам. (И не только властным – корпоративным, разнообразным хозобластям и ведомствам). Нам откроется еще одна сторона недуга – все той же вседозволенности, – м а с с о в о с т ь ее проявлений. Дошло до того, что виртуальное присутствие криминала мерещется нам уже всюду, где «крутятся» большие деньги, куда только ни простирается область товарно-денежных отношений. Стоит хотя бы в один вечер послушать событийную хронику, не говоря уже о криминальной, и оно, это ощущение, только укрепляется. И тут тоже – диапазон впечатляет угнетающе: от проказливых с «перекорма» всем и вся мальчиков и девочек, навеселе «гуляющих» на бешеных скоростях по городским улицам» в дорогих авто, не знающих другого угомона, кроме наручников, до того же всемогущего в своем ареале (или в сфере своей компетенции) чиновника, не видящего препона своим корыстным вожделениям; от вороватого бизнесмена, выдающего некое белое месиво неизвестного состава под видом молочной продукции, или его компаньона, набившего целые катакомбы «паленой» водкой, до корпоративного вождя, с ведома которого кратно завышается стоимость проводимых работ, без гарантий их качества, и т.д. и т.п. Общее во всех без исключения такого рода «пассажах» все те же «большие» деньги – в иных случаях на них строится уверенность в безнаказанности, в других как непреоборимый стимул приобретательских вожделений. Даже не зная статистики, можно с уверенностью сказать, что ныне у нас нет такой области жизненного пространства, к которой не присосался бы любитель выжимать пресловутое «бабло» из ничего! Ход мысли прост, как мычание: попадусь – «навар» все равно выше штрафа, на самый же крайний случай не исключено и «о т м а з а т ь с я». И по крупному общественности известны такие случаи.

Так, в расчете на безнаказанность, и жирует этот монстр, истощающий, что и говорить, общественный организм. И это все не просто так, не просто сфера компетенции уголовно-правовых органов наших, которая, кстати говоря, что касается этой стороны их деятельности, представляется неоправданно урезанной. Размывая моральные основания, внося чувствительную дезорганизацию в течение дел, и не только что касается правопорядка, проявления этого рода – свидетельства весьма болезненных р а з р ы в о в ж и з н е н н о й п л о т и нашего общества. (Об этом – в другой раз).

Слушаешь в электронных СМИ жизнь страны (бумажные менее разворотливы и не только в рассматриваемом плане), и не оставляет мысль о том, что пока идут по открывшимся делам разборки в следственных органах, где-то, в тиши ли роскошно обставленных кабинетов, в глухих ли скрытнях, загнанных в подвалы, творятся или еще только вызревают все такие же плутни вседозволенности, зиждущиеся на упованиях на безнаказанность. Словом жизнь продолжается, и все в ней идет как шло и поднесь. И что, и завтра, как вчера, – и миллиардные хищения должностных лиц, и мошенничества в особо крупных размерах, и все такое прочее? И это несмотря на то, что и закон на страже, и Дума не снижает законотворческий пыл, и органы правопорядка не дремлют. А корень злонамеренный, как видим, не истощается, не поддается усилиям по его – да простится невольная тавтологичность – полному искоренению. Всему этому может быть только одно объяснение: весь этот криминально-коррупционный разор есть не что иное, как судорожное, втайне проворачиваемое в разновесомых категориях стоимости, п р о д о л ж е н и е в с е т о г о ж е п е р е д е л а с о б с т в е н н о с т и, – в новых условиях общественного бытия паразитирующего главным образом в сфере товарно-денежного оборота. В этом его, не сказать чтобы сущностное, но отличие от первичной стадии, – периода первоначального приобретательства, тогда он развернулся по всему фронту социально-экономического передела. При всем своеобразии каждого – прошлого и нынешнего – природа их все та же: морок безудержного приобретательства. Только в условиях окрепшей законодательной базы нынешний передел, оставаясь тем же уродливым социально-экономическим явлением, принял, по новым временам, глубоко закрытый, скрытный вид заурядно криминального свойства.

Читая в официальном сообщении, где в порядке, так сказать, гласности, в общем синодике до сведения общественности доводится, что энный министр (неважно по какому ведомству) имеет годовой доход, скажем, в 150 миллионов рублей (цифра средняя – в одних ведомствах она меньше, в других намного больше), каждый понимает, что это именно доход, не зарплата, и что получен он на вполне законных основаниях. И какие тогда по этому поводу могут быть толки? Разве что брюзжания, на что, мол, еще тратится чиновником служебное время, когда находишься на такой высокой «государевой» службе, но теперь это в порядке вещей. Более значимо тут другое: большие возможности рождают новые возможности – они плодоносны. (Не потому ли так часты в высших сферах укоризны по поводу невыполненных поручений, неисполненных сроков и т.п.?)… .

Но сейчас я о другом: названные в синодике цифры невольно наводят на мысль о сопоставлении (да простится мне эта вольность) их с другими цифрами. К примеру, с годовым доходом среднестатического пенсионера (средний заработок не намного выше), – в порядке некоего курьеза, никого ни к чему не обязывающего. Разрыв (не касаюсь «чистого» предпринимательства – там свое!) получается глубиною в пропасть – более, чем в 1000 раз!!. Не уверен, что полюсы такого порядка можно обнаружить где-нибудь еще, как говорили когда-то, в подлунном мире… И это что касается правительственного ведомства, в задачу которого как раз и входит регулирование социально-экономической жизни страны, повышение жизненного уровня народа, о чем там не устают повторять. Реально же оно наблюдается пока лишь на одном, выходит, полюсе, и, значит, пропасть ширится… Ведь когда богатые богатеют, то бедные, по принципу «сообщающихся сосудов» общественного устройства, естественно, беднеют – иного просто и быть не может: общественный продукт, создаваемый общим трудом всех, един, и все и всем – из него, откуда же еще? Умный поймет: не об уравниловке идет речь – тут и говорить нечего! Но когда продукт этот делится таким или подобным образом, кой у кого появляются, как писал великий пролетарский писатель по другим поводам, «несвоевременные мысли» – в их сугубо криминальном развороте: а почему бы и мне не «отстегнуть»от общего «пирога», раз такое дело… И разве и не отсюда тоже растет тот самый корень? А?

Когда задумываюсь об этих материях, в желании дойти мыслью до того корня, на память приходят две, во многом схожие, картинки.

Одна совсем недавняя. Большой современный универмаг в «спальном районе». Высокие сверкающие голубизной неба окна, огромная, с футбольное поле, зала. У разномолочного отдела стоит, сгорбившись, старушка. Натужно сдвинув брови, она что-то бубнит себе под нос, подслеповато перебирая на ладошке медные (так их раньше называли, хотя теперь они вроде побогаче выглядят) монетки…

И другая… Картинка т е х, уже далеких, по человеческим меркам, лет. Новый Арбат, как раз то место, где лесенкой вниз, он связывается с Арбатом «старым». Март, мокрыми хлопьями падает редкий, лишь на газоне белеющий снежок. На широком, хлюпающем промозглой слякотью тротуаре полно снующих прохожих. А у самой кромки газона, в снежной присыпи, старушка; она согнута в таком низком поклоне, что ее рука с вывернутой к небу, в мольбе о подаянии, ладошкой торчком застыла у нее над головой…

Складывая, по принципу сходства – и ничего более – в грустную минуту, воедино эти два, разделенные «юбилейным» периодом, впечатления, я тихо, как и та первая старушка, говорю, будто самому себе:

- С юбилеем вас, господа!

Василий Широкий,

писатель, журналист

Опубликовал: admin | Дата: Июл 24 2016 | Метки: Закон |
Вы можете добавить свой комментарий ниже. Вы можете отправить новость в социальные сети.

4 Комментарий для “О вседозволенности и еще кое о чём”

  1. somnevay

    Безнаказанность царит, когда отсутствует наказание. Это элементарно.
    Наказывать можно и должно за нарушение закона. Это трюизм.
    Закон устанавливается для поддержания принятого обществом образа жизни, который является прямым следствием царящих в головах общества приоритетных ценностях. Это естественно для любого биологического вида наделенного не только спинным, но и головным мозгом. Крайние формы проявления такой естественности наблюдаются у вида, называемого человеком «разумным». (От больной головы …. Покоя нет)
    Если человеком «разумным» в славные годы овладела приоритетная ценность – «Превыше всего личное обогащение», то приверженцев такой загогулины в мыслях, естественно, требуется усиленно стимулировать. Еще более естественно противников вымарывать из жизни любым способом. Именно это на старте годин заявили чубайсята громко и под аплодисменты внедрили, а теперь проводят декоративную отделку.
    Зачем так много букаф про безнаказанность клонов чубайсят? Наказывать нужно противников приоритетной ценности. Наказывать, чем жестче, тем лучше. В противном случае она (ценность) могет и дуба дать. И за что боролись? Или я слишком не широко мыслю? Нечто главное упускаю?

    • Светлана Ли

      СУПЕР, somnevay! Но как заставить работать закон равно для всех, если на дворе рынок, извращенный чубайсятами и они по-прежнему хозяева жизни? Слава богу, не во всем, и все же…

  2. Светлана Ли

    Безысходность, которую мы испытывали в советское время, читая Некрасова «Кому на Руси жить хорошо»? или Достоевского не так неизбывна, как в этой статье. И самое страшное – автор пишет правду. Но эту страшную правду не воспринимаешь так страшно благодаря только одному великому русскому – президенту Путину. На пределе человеческих возможностей он делает все, чтобы подкорректировать эту страшную реальность, ради России и ради россиян. Этим и живы. Что же касается вседозволенности, которая является главной причиной этой реальности, то ее феномен в специфике сегодняшнего российского капитализма. Он не формировался годами и десятилетиями, как на том же проклятом Западе, а в одночасье, ТРОИМИ в Беловежской Пуще. Не заботой о России, и уж тем более без мыслей о народе, с одной целью – добиться собственного блага. И цель эта была продиктована самыми низменными чувствами. Отчаяние автора свидетельствует о том, как нам, знающим цену нормальной жизни в советское время, трудно от нее отвыкнуть. И потому мы никак не хотим смириться с тем, что на дворе капитализм, для которого главный закон – нет такого преступления, на которое нельзя пойти ради денег. Этот закон – базовый принцип для тех, к

  3. Светлана Ли

    кто не хочет оглядываться вокруг, особенно на тех, кто нищенствует рядом с ними.

Комментировать

Допустимый объём комментария: не более 1200 знаков с пробелами

Premium WordPress Themes

Последние записи

Последние комментарии

Мы в соцсетях

Поддержать сайт

руб.
Счёт № 41001451132177
Z328083690732
R145935562411 или +79135786207
Карта № 4276 8310 2377 4695 или
Счёт № 40817810931284000016/53
Кошелёк № +79135786207

блиц-поиск

Моя первая Зеркалка

Хотите выжать максимум из вашей зеркальной фотокамеры?
ЗАКАЗАТЬ

Супер Cinema 4D

Самой лучшей программой по работе с 3d считается Cinema 4d. Первый полноценный обучающий курс по Cinema 4D на русском языке.
ЗАКАЗАТЬ

Photoshop CS5
от А до Я

Автор этого курса - Евгений Карташов - признанный эксперт Adobe Photoshop. Курс состоит из 2-х дисков и содержит 100 уроков в отличном качестве
ЗАКАЗАТЬ

Photoshop для фотографа
(новая версия)

Как получать прекрасные фотографии даже без дорогой фотокамеры
ЗАКАЗАТЬ

Бюджетная фотостудия или секрет фотовспышек

Как организовать свою портативную фотостудию? Как с минимальными затратами на свет получать фотографии, как в полноценной студии, при этом оставаясь мобильным?
ЗАКАЗАТЬ

Записей на сайте: 27,048 | Комментариев: 17,557

© 2010 - 2017 «Красноярское Время» – информационный портал:
важные политические, экономические и социальные темы, актуальные новости, обзоры, рейтинги, публицистика,
аналитика, версии, исследования, итоги, мнения известных людей, комментарии, видеозаписи, фонограммы.
Автор проекта: Щепин К.В., контактный тел. +7 913 578 6207
При использовании материалов гиперссылка на «Красноярское Время» обязательна! Все права защищены!
Материалы сайта предназначены для лиц 18 лет и старше!

Войти | ManagAdNews
Weboy
Wp Advanced Newspaper WordPress Themes Gabfire