Когда нас в бой пошлёт товарищ Сталин

Facebook
ПлохоТак себеСреднеХорошоОтлично - Ваше мнение | Оценок: 3, Рейтинг: 5.00/5
Loading ... Loading ...
Просмотров: 235

…Если бы кто-нибудь сказал мне лет 15 или даже 10 назад, что на стене в моей комнате будет висеть портрет Иосифа Виссарионовича Сталина, я бы, пожалуй, если бы и не высмеял этого человека вслух, то во всяком случае, вряд ли бы ему поверил. Но сегодня этот портрет в моей комнате действительно висит.

Этот небольшой пример хорошо иллюстрирует глубокую трансформацию, которая произошла за такое короткое время в сознании людей моего поколения и даже более молодых – в отношении роли и места Сталина в истории нашей страны, в истории мирового революционного движения. Могу сказать, что пройденный мною лично путь к Сталину – не исключение. «Граждане России все более положительно оценивают роль Сталина», – паникуют сегодня российские буржуазные газеты. Даже по официальным, пробуржуазным опросам 45% населения оценивает роль Сталина в нашей истории положительно. Это число сразу увеличилось на 6 пунктов, как только президент Медведев объявил о необходимости кампании «десталинизации». «Имя России» - проект телеканала «Россия», осуществленный в 2008 году, поставил своей целью выбор значимых персоналий, связанных с Россией, путём голосования интернет-пользователей, телезрителей и радиослушателей. Это был аналог английского «100 величайших британцев» и украинского «Великие украинцы». Несмотря на отчаянные усилия властей и авторов проекта, Сталин вошел в ведущую тройку имен. Долгое время Сталин вообще лидировал, причем с большим отрывом, и организаторам проекта лишь с трудом удалось оттеснить его с первого места при помощи «административного ресурса», выведя в лидеры более безопасного для буржуазного режима России князя Александра Невского. «Разумеется, не старики-пенсионеры задавили интернет своими симпатиями к тоталитарному режиму или просто к тому времени, когда были молоды. Не могу представить ветеранов, массово владеющих компьютером и не вылезающих из Сети. Значит, мы видим выбор среднего поколения и племени младого».

Весьма показательно, насколько панически нынешние российские власти боятся Сталина – и это спустя после почти 60 лет после его смерти! Начинаемая ими сегодня «десталинизация» – важнейшее условие дискредитации социализма, отчаянная попытка оттолкнуть людей от становящихся все более и более популярными социалистических идей. Но то, что так успешно – для капиталистов и оппортунистов – сработало в конце 80-х, сегодня уже больше не срабатывает.

Переоценить значение и роль Сталина нас заставила сама окружающая нас реальность – лучше всяких книг, фильмов и прочих средств пропаганды. Сравнивая результаты его деятельности на посту руководителя нашей страны с катастрофическими результатами «деятельности» всей правящей Россией за последние 20 лет «камарильи», просто невозможно было не прийти к положительному к нему отношению.

В детстве и ранней юности подавляющее большинство людей моего поколения о Сталине просто не задумывались. Для нас он был всего лишь исторической фигурой, неотъемлемой частью истории нашей страны, как, например, и Петр Первый, но мы не особенно задумывались над тем, какую роль сыграл Сталин в построении социализма в нашей стране, в создании нашего общества таким, каким оно было на момент нашего детства. Исподволь уже тогда, в брежневские годы, нам внушалась та же мысль, которую пытаются внушать сейчас – что народ «сам по себе» построил социализм или победил в Великой Отечественной войне. Конечно, победы и свершения эти были осуществлены народом, но, тем не менее, у народа этого были вполне конкретные руководители. И преуменьшать их роль не стоит.

На экране телевизоров в брежневское время Сталин появлялся исключительно в контексте Великой Отечественной войны – в фильмах, как документальных, так и художественных. Показан он там был с достаточным уважением к его исторической роли в тот период нашей истории, но вот о довоенном и послевоенном периодах его деятельности не говорилось почти ничего, как будто в те периоды, в отличие от войны, наш народ не имел конкретных руководителей, не обобщенных словом «партия и правительство». Такому половинчатому восприятию Сталина способствовали и наши школьные учебники истории того периода- с одной стороны, в них отошли от крайностей хрущевского времени, с другой – осталось положение о«культе личности» и «репрессиях», но лишь в одном абзаце, притом посвященном смерти Сталина. В целом роль Сталина в построении социализма в СССР оценивалась в брежневское время положительно, но о ней предпочитали говорить как можно меньше. «Культ личности» и «репрессии» объявлялись же, как и в хрущевское время, «издержками периода», особенностями личного характера Сталина – без каких бы то ни было попыток классового анализа событий тех лет. И нам, жившим в брежневское время, верилось в это, потому что нам уже было трудно представить себе, что народ может по-настоящему, искренне любить и уважать своего Вождя. Лидеры, подобные нашему тогдашнему Политбюро, уже не вызывали никаких чувств, кроме усмешек, особенно когда нас стремились «заставить» их«полюбить», как самого Леонида Ильича. И это сказалось и на нашем отношении к Сталину, и на нашей реакции, например, на поступавшие к нам из КНДР журналы с рассказами о Ким Ир Сене. «Культ личности» казался нам чем-то глубоко унизительным для современного, думающего человека, потому что, основываясь на собственном опыте брежневского периода, мы считали, что он был чем-то «из-под палки», а не действительной всенародной любовью. Но старшее поколение знало, о чем оно говорило. Оно вовсе не было «с промытыми мозгами» – оно просто застало руководителей иного типа и масштаба, чем брежневцы и хрущевцы. Понимать это я начал по-настоящему только после моих поездок в КНДР, где мне посчастливилось увидеть и почувствовать такую неподдельную народную любовь к Вождю на практике.

В описании событий строительства социализма в 20-е-30-е годы в школьных учебниках брежневского времени имя Сталина почти не упоминалось, и это создавало у нас, подрастающего поколения, подспудное ощущение того, что социализм этот строился как бы «сам собой». Как бы со смущением упоминались в учебниках истории брежневского времени «вредители народного хозяйства», осуществлявшие-таки на самом деле диверсии на предприятиях и в создававшихся еще только колхозах, но в тоне «кто-то кое-где у нас порой», как пелось в замечательном сериале 60-х-70-х годов о советской милиции «Следствие ведут знатоки». Мы почти не видели вокруг себя портретов Сталина (в учебнике была одна его фотография вместе с В.И. Лениным, если я верно помню). Теоретическое наследие Сталина же практически совершенно не изучалось, даже не рассматривалось. Книг с его произведениями было невозможно найти в магазинах, да и в библиотеках выдавались только по специальному разрешению, насколько я помню. На его работы не полагалось ссылаться в качестве методологической основы в дипломах и диссертациях, его имя было вычеркнуто из рядов классиков марксизма, а его роль в истории была сведена к чисто организаторской и административной.

Я думаю, что вина в том, что «перестройка» на антисталинистской почве сработала в конце 80-х, во многом лежит на советских руководителях 70-х годов, которые недосказанностью, половинчатостью и аморфностью своей позиции в отношении Сталина способствовали тому, что у людей сложилось впечатление, что нам что-то о сталинских временах «недоговаривают».

Такое двусмысленно-стыдливое отношение властей к Сталину в брежневское время породило не только ощущение, что нам чего-то «не досказывали», но и своеобразную форму протеста в народе. Среди шоферов-дальнобойщиков было очень распространено иметь в кабине своего грузовика портрет Сталина, причем выставлять его у лобового стекла, лицом наружу – то есть, для показа окружающим. Началось это, кажется, с грузинских шоферов, но довольно быстро распространилось на всю страну. Запретить им выставлять в кабине портрет руководителя первого в мире социалистического государства, конечно же, было невозможно, но в то же время это ощущалось, как что-то полулегальное (портреты эти они покупали на черном рынке, у кустарно производящих их фотографов, так как в магазине такие портреты не продавались), как своего рода вызов властям. Это был протест против нарастающей в те годы коррупции, отступлений от социалистических норм, против отрыва партийной верхушки от народа.

«В сущности, это была форма протеста, часто не сознаваемая, против морального разложения и буржуазного перерождения партийного, советского и хозяйственного аппарата в СССР. Такое разложение с перерождением шло полным ходом, предвещая «перестройку», переходящую в контрреволюцию и «ренессанс» капитализма.»

Образ Сталина и отношение к нему передавался нам и по другому каналу – через воспоминания о его времени наших родных и близких.

Сразу скажу, что в моей семье были те, кто сегодня именуются «репрессированными» – 2 брата моей бабушки, оба они были партийными работниками, один из них был членом партии с 1917 года (ему тогда было 17 лет) и даже работал вместе с С.М. Кировым в Ленинграде. Они были арестованы в 1937 году и были сосланы на поселение на Урале, но реабилитированы еще при жизни Сталина и остались жить там. Но негативного отношения к Сталину в нашей семье не было, хотя время ареста братьев бабушка и ее родные вспоминали как очень тяжелый и неприятный в их жизни период. От него ими унаследовалась боязнь участия в политике, но не более того.

Не было негативного отношения к советской власти и к Сталину лично и у самих «репрессированных». Василий Васильевич Никифоров с юмором вспоминал позднее о своем аресте: «За что боролись, на то и напоролись!» Он прекрасно понимал, что в политике, в борьбе различных политических линий, особенно в период, когда страна находится в опасности, бывает всякое. Он навсегда остался коммунистом, потому что главными для него в жизни были не какие-то мелкие личные обиды, как, например, у представителей творческой интеллигенции, за деревьями не видящей леса, а страна и народ, дело построения социализма.

Сестра моей бабушки, Тамара Васильевна Никифорова, была уволена с работы из-за того, что была «членом семьи врага народа», но написала письмо Сталину, жалуясь на несправедливость, и после этого была восстановлена в должности и получила в качестве «компенсации», как сказали бы сейчас, путевку на черноморский курорт. Она очень любила вспоминать об этом, и была уверена, что Сталин лично посодействовал ей и во всем разобрался.

Соответственно, у меня тоже не воспитали враждебных к Сталину чувств.30-е-50-е годы воспринимались мной – как по книгам, так и по рассказам родных – как время духовного полета, время осуществления невозможного, как прекрасное время.

Негативное отношение к Сталину было, прежде всего, в кругах сохранивших мелкобуржуазное сознание. Свое гипертрофированное, полное личных обид видение «репрессий» они передали своим детям и внукам, хотя большая их часть получила от социализма в конечном итоге несравненно больше, чем от него пострадала. Дети и внуки же не собирались даже разбираться, были действительно виновны их родственники или нет – они просто даже не хотели допускать такой мысли. Для них главным было то, что речь идет об их родителях, об их дедах и бабушках, а не то, нанесли ли те действительно вред строительству социализма своими действиями. Приведу один небольшой пример – женщины, которая сегодня повсюду кричит о том, как нехорошие коммунисты уничтожили ее дедушку – участника партизанской борьбы в годы войны, «сгноив» его в лагере. И только когда начинаешь разбираться в этом деле, то оказывается, что дедушка этот, хоть и был арестован, но умер своей смертью, а арестован он был за участие в «партизанском» отряде, созданном фашистами из наших граждан! И что же, надо было его по головке за это погладить? Когда указываешь на данные факты его внучке, она начинает кричать, что дедушка «не знал, на чьей стороне он сражается». Оставим в стороне даже вполне резонное замечание, что «незнание закона не освобождает от ответственности». Как, интересно, можно «не знать», на чьей стороне ты воюешь в ходе боевых действий? А сегодня этот ее дедушка, фашистский прихвостень, реабилитирован новыми российскими властями – наследниками власовцев, а его наследники получают компенсации как «потомки жертв политических репрессий».

Но в брежневские годы такое отношение к Сталину – как к «тирану» – не выходило за пределы интеллигентских (преимущественно столичных) кухонь. Вслух подобные мысли если и выражались, то только «эзоповым языком» в художественных произведениях. И дело не столько было в цензуре, сколько в том, что народ сам бы не принял произведения, в которых такие вещи говорились бы открытым текстом.

Впервые после хрущевских времен, которые мое поколение не застало, широкий общественный интерес к личности Сталина разгорелся (а точнее, был разожжен) во второй половине 80-х, когда нам было лет 20 с хвостиком. В годы так называемой перестройки. Хорошо помню, как в стенах нашего института была объявлена одна такая лекция. Нам обещали «новое слово в исторической науке», основанное на «закрытых прежде для публикации источниках». По институту слонялись какие-то типы, которые нашептывали о том, что лекция эта будет «воистину исторической». Сейчас я уже даже не помню, кто ее читал. Но шептуны добились своего – разогрели интерес к ней до такой степени, что попасть на эту лекцию было практически невозможно. Народ свисал с перил лестниц, толпился в дверях, висел на окнах… В чем же заключалась лекция? В истеричном и голословном обвинении Сталина во всех грехах и во всех наших бедах, как в прошлом, так и в настоящем. И мы поначалу действительно подумали, что в этом может быть какое-то рациональное зерно – больше всего на основании того чувства, что «от нас что-то умалчивали», о котором я уже упомянула. Некоторое время мы действительно полагали, что перед нами «новое слово в исторической науке».

Восстановление капитализма в нашей стране шло долгое время под лозунгами «возвращения к ленинским истокам», восстановления какого-то мифического «правильного социализма», который на самом деле никогда не существовал. Целью этого было внушить людям, что социализм у нас – «не такой, как надо», и что виноват в этом лично товарищ Сталин, и никто другой. Для этой цели важно было оторвать Сталина от Ленина, противопоставить его Ленину (ведь авторитет Ленина в народе был по-прежнему непререкаемо высок). Осуществлению этого замысла способствовало то, что практически никто из нас не был знаком с теоретическими работами самого Сталина, и наши познания о нем были очень неглубоки. Но через уничтожение авторитета Сталина, как мы поняли позднее, в конечном итоге непременно должен был произойти и подрыв авторитета самого вождя мирового пролетариата.

Народ подвергся мощной бомбардировке антисталинскими публикациями в прессе, наскоро наштампованными политическими пьесками лично обиженных на Сталина, вроде модного в те годы пасквиля «Дальше! Дальше! Дальше!» Михаила Шатрова. Многие из таких авторов всю жизнь кормились за счет ленинианы, и потому у людей не сразу возникли мысли о том, что на самом-то деле мы имеем дело не с идейными писателями-коммунистами, а с обыкновенными прихлебателями «у кормушки», которые наконец-то получили, благодаря Горбачеву, возможность показать свое подлинное лицо. У меня есть такой знакомый (кстати, ученик и друг Шатрова), который в советское время кормился исключительно за счет своих опусов о Ленине, а после завершения контрреволюции в нашей стране неожиданно оказался «магом и волшебником», «магистром», гадателем на картах и сторонником Союза Правых Сил. Так вот, этот«пламенный ленинец» тоже оказался из «лично обиженных Сталиным». Когда видишь деятельность этих людей сегодня, очень трудно отделаться от мысли, что их предки пострадали в 30-е годы вполне заслуженно. Если они хоть чуть были похожи на своих потомков.

Рассказы о шпионах и вредителях 30-х высмеивались вредителями и шпионами 80-х как «фантазии» и «средство для расправы с политическими противниками», как корыстное средство установления личной власти. Точно так же нам внушалось то, что страны НАТО – вовсе не никакие враги нашей страны, а самые что ни на есть наши друзья и «партнеры», все дело было только в «плохих коммунистах», которые не хотели с ними дружиться. О цене такой «дружбы» перестройщики предусмотрительно молчали. Но сегодня мы ее платим, эту цену. Сегодня сама действительность убеждает нас, что бдительность наших дедов, увы, была основана не на фантазии…

Пытаясь внушить нам, что у нас «неправильный социализм» (подобно тому, как у Вини-Пуха были «неправильные пчелы!»), эти «прорабы перестройки» намеренно рассматривали историю нашей страны в отрыве от конкретной исторической обстановки того периода, через призму так называемых «общечеловеческих ценностей», которые всегда на практике ведут к прощению «жуликов и воров» всех мастей, к тому, что у жертв оказывается меньше прав, чем у преступников, которые в действительности являются не «общечеловеческими», а классовыми, буржуазными ценностями.

Истерия вокруг имени Сталина достигла тогда такой степени, что за одно только упоминание Сталина в положительном контексте (даже в связи с войной) человек моментально высмеивался как «ретроград», «сталинист», и его просто переставали слушать и воспринимать всерьез.

Я начал чувствовать, что что-то здесь не так, когда начала читать списки реабилитированных «скопом» своих земляков, публиковавшиеся тогда еженедельно в нашей областной газете. Мне бросилось в глаза, что среди «репрессированных» практически не было рабочих, очень мало было крестьян, а подавляющее большинство составляли представители тех же групп, из которых состояли ряды«прорабов и флагманов перестройки» - профессиональные партийные работники и работники торговли. Но никто и не разбирался больше, заслуженно или незаслуженно они понесли наказание – их всех, именно скопом, оправдывали и оплакивали. Тех, кто задавал вопросы, тут же истерично обвиняли в «поддержке авторитаризма».

Моя мама по работе знала очень большое число людей в городе (в общей сложности не меньше 2000), и из этих 2000 репрессированные родственники имелись только у 3 семей (одна из них – наша собственная). Поверить в масштабы «репрессий», в которых нас яростно заверяли перестройщики, после всего этого было тяжело.

Тем не менее, перестроечный антисталинизм отравил на некоторое время в определенной степени и мое сознание. Еще долгое время я, несмотря на мое всегдашнее положительное отношение к социализму, к революции, к СССР, тем не менее испытывал какую-то неловкость в общении с теми, кто однозначно положительно относился к товарищу Сталину. Неловкость эта выражалась в моих мыслях типа «хороший человек, хотя и сталинист». Это вдолбленное перестройкой на уровне подсознания недоверие к «оболваненным сталинской пропагандой» мешало мне и обратиться к работам самого Сталина, прочитать их для того, чтобы судить о них по ним самим, а не по тому, что «бабушка (причем не моя!) надвое сказала»

Сегодня, глядя вокруг себя, глядя как на российскую действительность, так и на то, как яростно, всеми средствами цепляются за награбленное у народа капиталисты, я как никогда ясно понимаю, что при построении социализма без «репрессий» обойтись будет нельзя, нравится нам это или нет. И интеллигенции пора прекращать бояться за свою шкуру. Если она действительно народная интеллигенция, то и думать надо не только о себе, любимых. Посмотрите, какие у нас враги – сильные, наглые, коварные, готовые прибегнуть к любому кровопролитию ради сохранения капиталистического «статус-кво». Неужели вы действительно верите, что они сдадутся без боя, отдадут награбленное и станут пай-мальчиками и девочками? И в будущих революциях без репрессивных мер наверняка не обойдется. Если враг не сдается, его уничтожают. Золотые слова!

Если его не уничтожить, он уничтожит революцию. Как и произошло в нашей стране в конце 80-х, когда на слишком многие вещи стали «гуманно» закрывать глаза, чаще всего – потому что рыльце было в пушку у самих уже фактически бесконтрольных партийных боссов. Вот о чем надо думать – как обеспечить непрерывную и эффективную работу механизма народного контроля в будущей революции, а не упражняться до бесконечности в пинании не могущих ответить Сталина и «несоветского» СССР.

Всего лишь только пару лет назад я перестал стесняться слова «сталинист». Осознав, что сталинизм – это и есть наш, советский социализм, в наших конкретных условиях того времени. Возрождения «сталинизма» нет оснований опасаться – в новых условиях социализм в любом случае будет уже другим.Сталинизм – это не только «культ» и «репрессии», но и все, что в СССР было хорошего, доброго и замечательного вряд ли стало бы таким, каким оно было, без неустанного труда товарища Сталина и его соратников. И именно поэтому, а вовсе не в силу каких-то «гуманитарных» соображений именно Сталин и является сегодня предметом таких яростных нападок капиталистов всех мастей, стран и народов.

Почему люди приходят к Сталину так же, как я – только сегодня? Потому что они смотрят на нынешнее вопиющее неравенство, на страдания миллионов и безнаказанность грабящих их единиц и задаются вопросом: “А было бы такое возможно при Сталине?”

Сегодня высмеянными уже оказываются авторы антисталинских страшилок а ля 80-е. Как только они раскрывают рты, в ответ раздается оглушительный свист. Их перестают слушать автоматически – «а, еще один либеральный болтун!» Что же, за что боролись, на то и напоролись, как говорил мой предок-коммунист.

Сталину вовсе нет нужды быть идеальным деятелем, ему не нужны памятники и оды, а нам нет нужды его оправдывать. Сегодня его оправдывает сама реальность.

Либеральствующим придуркам вместе с полностью солидарной с ними в данном вопросе властью отвечаю: «Потому и приходят к Сталину, что находятся в здравом уме». Потому что стали различать, где было социалистическое движение и созидание, а где наступило капиталистическое гниение заживо»

Мы открываем для себя Сталина, потому что, видя насколько панически его боятся власть предержащие (как глисты боятся вормина!), понимаем – раз они его так боятся, значит, это именно то, что нам нужно!

Ирина Маленко

savok

Опубликовал: admin | Дата: Апр 1 2016 | Метки: Публицистика |
Вы можете добавить свой комментарий ниже. Вы можете отправить новость в социальные сети.

4 Комментарий для “Когда нас в бой пошлёт товарищ Сталин”

  1. somnevay

    «Мы открываем для себя Сталина, потому что, видя насколько панически его боятся власть предержащие (как глисты боятся вормина!), понимаем – раз они его так боятся, значит, это именно то, что нам нужно!»

    И кто же Вам даст его для себя открыть? Власть предержащие?

  2. Рудольф

    Оголтелые антисталинисты -суть придурки и/или подлецы. Их кумир-главный кукурузник. Даже круглый дурак глядя на отражение Солнца в луже понимает, что отражение в луже не есть Солнце. Истерия антисталинизма – попытка заставить нас смотреть не на Солнце, а на лужу. Мифы о сталинских репрессиях-это лужа из которой не всем дано выползти.
    Жуткий цинизм или просто глупость закрыть мавзолей В.И. Ленина власовскими простынями в День 70-летия Победы. С трибуны Мавзолея И.В.Сталин напутствовал защитников Москвы в 1941г. Парад Победы в 1945 г.

    • Светлана Ли

      Оголтелые сталинисты больше подлецы. Закрывать Мавзолей Ленина простынями в День 70-летия Победы больше жуткий цинизм, чем глупость.

  3. Леонид Губанов

    Всем советую прочитать интереснейшую книгу Романа Ключника «Десталинизация от Уинстона Черчилля до Д. Медведева», С-Петербург, 2011 год. Там все ответы на все вопросы по десталинизации и кому она выгодна.

Комментировать

Допустимый объём комментария: не более 1200 знаков с пробелами

Free WordPress Theme

Мы в соцсетях

Поддержать сайт

руб.
Счёт № 41001451132177
Z328083690732
R145935562411 или +79135786207
Карта № 4276 8310 2377 4695 или
Счёт № 40817810931284000016/53
Кошелёк № +79135786207

блиц-поиск

Моя первая Зеркалка

Хотите выжать максимум из вашей зеркальной фотокамеры?
ЗАКАЗАТЬ

Супер Cinema 4D

Самой лучшей программой по работе с 3d считается Cinema 4d. Первый полноценный обучающий курс по Cinema 4D на русском языке.
ЗАКАЗАТЬ

Photoshop CS5
от А до Я

Автор этого курса - Евгений Карташов - признанный эксперт Adobe Photoshop. Курс состоит из 2-х дисков и содержит 100 уроков в отличном качестве
ЗАКАЗАТЬ

Photoshop для фотографа
(новая версия)

Как получать прекрасные фотографии даже без дорогой фотокамеры
ЗАКАЗАТЬ

Бюджетная фотостудия или секрет фотовспышек

Как организовать свою портативную фотостудию? Как с минимальными затратами на свет получать фотографии, как в полноценной студии, при этом оставаясь мобильным?
ЗАКАЗАТЬ

Записей на сайте: 24,589 | Комментариев: 14,712

© 2010 - 2016 «Красноярское Время» – информационный портал:
важные политические, экономические и социальные темы, актуальные новости, обзоры, рейтинги, публицистика,
аналитика, версии, исследования, итоги, мнения известных людей, комментарии, видеозаписи, фонограммы.
Автор проекта: Щепин К.В., контактный тел. +7 913 578 6207
При использовании материалов гиперссылка на «Красноярское Время» обязательна! Все права защищены!
Материалы сайта предназначены для лиц 18 лет и старше!

Войти | ManagAdNews Wp Advanced Newspaper WordPress Themes Designed by Gabfire themes
WordPress主题
Wp Advanced Newspaper WordPress Themes Gabfire