Александр Алехин: партия с судьбой

Facebook
ПлохоТак себеСреднеХорошоОтлично - Оцените статью | Оценок: 1, Рейтинг: 5.00/5
Loading ... Loading ...
Просмотров: 40

Яркая и неординарная судьба русского шахматного гения Александра Алехина особенно заинтересовала Светлану Георгиевну Замлелову, когда ей удалось познакомиться с его обширными биографическими данными. Сложилась большая работа о шахматисте, фрагменты которой мы представляем нашим читателям.

Русский гений

Когда 24 марта 1946 г. примерно в 11 часов утра официант по имени Иво в сопровождении мальчика-гарсона, чье имя история не сохранила, повернул ключ в двери комнаты №43 отеля «Парк» в португальском Эшториле, никто из них не знал, что с этого дня их город станет известен всему миру как место упокоения великого Александра Алехина.

Слово «великий» применительно к Алехину (именно так – через «е», на чем настаивал сам гроссмейстер) – это вовсе не преувеличение и не восторженное сотрясание воздуха. Всемирно признанный шахматный гений, выдающийся игрок и шахматный писатель, непревзойденный аналитик и комментатор, единственный чемпион мира, умерший непобежденным, Александр Александрович Алехин является национальным достоянием России. Помимо прочих заслуг, Алехин наряду с М.И. Чигориным, которого чемпион мира лично не знал, но считал своим учителем, стал создателем русской шахматной школы, традиции и принципы которой получили всестороннее развитие в Советском Союзе. Именно Алехин, заявлявший, что шахматы для него – не игра, но искусство, не просто развил идеи М.И. Чигорина, но и прославил русскую шахматную школу, отличавшуюся от прочих активным неприятием шаблонов и отношением к шахматам как к творческому процессу, когда красота и нетривиальность партии ставятся выше победы как таковой.

Современники Алехина предсказывали скорое умирание шахмат как исчерпавшей себя игры. Точнее исчерпавшей себя считалась шахматная теория. Для предотвращения этой смерти предлагалось даже изменить правила. Так, Эм. Ласкер уверял, что шахматы ограничены, что однажды все шахматные комбинации будут познаны, а массы любителей приобщатся ко всем тайнам игры. И вот тогда-то развитие шахмат закончится. Ласкер, а за ним и Х.Р. Капабланка заговорили о «ничейной смерти» шахмат, о необходимости пересмотра правил.

Но именно против такого преклонения перед теорией, перед уже прописанными и не раз игранными партиями восставала русская шахматная школа в лице Чигорина и Алехина. «Ибо что такое «теоретическое» в шахматах, – говорил Чигорин, – как не то, что можно встретить в учебниках и чего стараются придерживаться, раз не могут придумать чего-либо более сильного или равного, самобытного». Ему вторил и Алехин, осуждая пренебрежение к интуиции, к фантазии – к тому, что превращает шахматы в подлинное искусство, в творческий акт, без чего шахматы действительно мельчают. Но если Чигорин не сумел добиться наивысших шахматных результатов, если, оставаясь неподражаемым художником, автором красивых комбинаций и глубоких замыслов, он не обладал выдержкой и характером, необходимыми для побед в серьезных соревнованиях, то Алехин был признан и как художник, и как боец.

В противовес тем, кто находил удовлетворение исключительно в победе как таковой, Алехин видел цель игры в научных и художественных достижениях, которые ставят шахматы вровень с другими искусствами. Но, как всякий гений, он стремился к гармонии и мере, отнюдь не предлагая полностью заменить расчетливость фантазией, но стараясь уравновешивать одно другим. Его стиль характеризуется именно борьбой расчетливости с фантазией и фантазии с расчетливостью. Избыток как одного, так и другого он считал вредным и разрушительным. Эти качества влекут шахматиста совершенно в противоположных направлениях, а потому, по утверждению Алехина, «должны быть приведены в гармонию рассудочным здравым смыслом». И хотя он сетовал, что в его собственном случае фантазия действует более интенсивно и более властно, чем расчетливость, он сумел ее укротить и прийти к гармонии, необходимой для творчества и сопутствующей гению.

Пока шли рассуждения о «ничейной смерти» шахмат, вдруг появился Алехин с блестящими, оригинальными композициями, опровергая практикой теорию и доказывая, сколько еще возможностей и тайн хранят шахматы. Даже в упрощенных позициях он являл неожиданные идеи, тем самым раздвигая границы теории и оживляя умирающую, казалось бы, игру.

Настоящее страдание испытывал он, сталкиваясь с иным, отличным от своего подходом, с иным отношением к шахматам, когда его собственная фантазия оказывалась скованной фантазией противника, не слишком заботившегося о красоте партии, о создании подлинного произведения. «Я был бы счастлив, – уверял Алехин, – творить один, без необходимости, как это случается в партии, сообразовывать свой план с планом противника, чтобы достичь чего-нибудь, представляющего ценность». Но играть приходилось с разными людьми, проявляя интуицию и фантазию, создавая на шестидесяти четырех белых и черных квадратах всё новые произведения шахматного искусства, опровергая исчерпаемость и ограниченность шахмат, доказывая зависимость шахматного развития только от человеческого гения. Таким и вошел он в историю мировых шахмат.

В шахматных кругах не раз предпринимались попытки назвать лучшего шахматиста за всю историю шахмат. Для этого проводились опросы гроссмейстеров и любителей, сравнивались качество, стиль игры, спортивные достижения и вклад в развитие шахматного искусства и шахматной мысли. И вот, неоднократно величайшим шахматистом был назван Александр Алехин. В 1929 г. опрос редакторов шахматных изданий Европы и Америки показал: первое место в десятке сильнейших шахматистов мира занял Алехин. В 1970 г. участников международного матча в Белграде попросили ответить на тот же вопрос. Ответ был таким же. В 1991 г. югославский гроссмейстер М. Матулович провел исследование с целью назвать лучшего игрока, чемпиона всех времен и народов. Матулович рассматривал по двадцать партий разных игроков, обращая внимание на матчи за звание чемпиона мира, отборочные матчи за право играть с чемпионом, победы в крупнейших международных соревнованиях, баллы и рейтинг. Первое место по результатам работы Матуловича занял Алехин, за ним расположился Капабланка, третье место досталось Эм. Ласкеру. Сам Матулович назвал Алехина «гениальным в комбинациях, родоначальником игры, которая держала публику в не меньшем напряжении и удовольствии, чем футбольный матч».

Современники Алехина, его противники за шахматным столом, не всегда симпатизирующие ему в жизни, единодушны в оценке его мастерства и таланта. С Капабланкой Алехин подружился в юные годы, но со временем отношения двух гроссмейстеров испортились настолько, что, по воспоминаниям жены Капабланки Ольги Евгеньевны, первые слова, услышанные ею от мужа, когда она приехала в Ноттингем в 1936 г., были: «Я ненавижу Алехина». В одном из писем Капабланка уверял, что может порассказать об Алехине «такие вещи, что, если это правда, вы с трудом сможете в них поверить». Но несмотря на возросшую неприязнь, Капабланка держался того мнения, что Алехин «…по общему развитию значительно превышает уровень среднего человека. По-видимому, он обладает наиболее замечательной шахматной памятью, какая имела когда-либо место в действительности. Говорят, что он помнит наизусть все партии, игранные за последние 25–30 лет клубными игроками первой категории или маэстро. Одно не подлежит сомнению, что все партии, когда-либо игранные первоклассными маэстро, он действительно знает наизусть. <…> В так называемых сеансах одновременной игры не глядя на доску Алехин не имеет себе равных среди мастеров прошлого и настоящего. <…> Подражать ему в этой области абсолютно невозможно. Для этого нужно иметь его изумительную шахматную память в соединении с колоссальной способностью к мозговой работе в области шахмат. <…> Ни у кого из маэстро нет, пожалуй, такой законченности во всех стадиях игры, как у Алехина».

Шахматист Хосе Рауль Капабланка против Александра Алёхина, Москва, 1913 год

А вот мнения об Алехине других гроссмейстеров.

Эм. Ласкер: «Алехин вырос из комбинации, он влюблен в нее. Все стратегическое для него только подготовка, почти необходимое зло. Ошеломляющий удар, неожиданные pointes (пуанта комбинации, от франц. pointe – самый тонкий и скрытый ход (вершина, «гвоздь») комбинации в этюде. В этом же смысле термин используется в практической партии. – С.З.) – вот его стихия».

С. Тартаковер: «И если Морфи был поэтом шахмат, Стейниц – бойцом, Ласкер – философом, Капабланка – чудо-механиком, то Алехин, согласно русскому вечно мятежному и самобичующему духу, все больше сказывается как искатель шахматной правды. <…> У Капабланки титул, у Ласкера результаты, но только у Алехина стиль настоящего чемпиона мира».

Р. Рети: «Алехин по натуре также художник, но он обуздывает свою фантазию острым интеллектом. Он ищет победы не ради победы, но как доказательство истинности своих идей. Он идет сознательно по тому пути, по которому хочет идти, по пути познания и совершенствования».

М. Эйве: «Когда я думаю о том, какие творческие идеи вкладывал подчас Алехин в доигрываемые позиции, какие неожиданные пути он находил, я проникаюсь величайшим восхищением перед мастерством Алехина».

М.М. Ботвинник: «Безусловно, силой Алехина было удачное сочетание практического и творческого элементов, но Алехин дорог шахматному миру главным образом как художник. Он блестяще владел техникой шахмат – ведь без техники и мастерство невозможно. Глубина планов, далекий расчет, неистощимая выдумка характерны для Алехина. Однако главной его силой, развивающейся год от года, было комбинационное зрение: он видел комбинации, рассчитывал форсированные варианты с жертвами с большой легкостью и точностью. <…> Многие шахматные произведения Александра Алехина, крупнейшего шахматного художника недавнего прошлого, будут жить века. Разыгрывая алехинские партии, шахматисты грядущих поколений будут получать истинное эстетическое удовольствие и удивляться мощи его гения».

Г.Я. Левенфиш: «На мой взгляд, Алехин является феноменом, единственным в истории шахмат».

Сам Алехин говорил, что всего в своей жизни сыграл около 3000 серьезных партий с часами. В матчах и турнирах он сыграл 1272 партии, выиграв 741 и сведя к ничьей 127 партий. Он принял участие в 88 турнирах, в 63 из которых получил первый приз. Из 24 матчей, в том числе 5 на звание чемпиона мира, выиграл 18, а 4 сыграл вничью. Многие из партий, сыгранных Александром Алехиным, отмечались специальными призами за красоту.

Вполне вероятно, что в свое время Эм. Ласкер и Капабланка были правы, предсказывая шахматам скорую смерть и вырождение. Но никто из них не мог тогда предугадать, что именно Алехину суждено оживить древнюю игру и указать на богатство ее возможностей. С. Флор уподоблял историю международных шахматных соревнований полноводной реке, которая у истоков «была едва заметным маленьким ручейком». Сравнивая место и значение шахмат в XX и XXI вв., можно утверждать, что именно благодаря Алехину, его школе, его примеру и его личности интерес самой широкой публики к шахматам в XX в. оставался неизменно и небывало высоким. Да, конечно, в СССР, США, а также в некоторых странах Европы шахматы имели всестороннюю поддержку, вплоть до государственной. Но не будь Алехина с его удивительной и неподражаемой игрой, с его харизмой и обаянием, с его умением превращать каждую шахматную партию в произведение искусства, в захватывающее действо, не будь этого импульса и вдохновляющего начала – кто знает, сохранялся бы интерес к шахматам на том же уровне…

Ныне река, о которой писал Флор, заметно обмелела. Ни в одной стране уже не следят за шахматными соревнованиями с тем же волнением, с той же страстью, как еще 40 или 30 лет назад. И не потому ли, что инерция алехинского обаяния постепенно иссякла, а новый, равный ему гений, способный вдохновить мир к познанию неизученных шахматных пространств и покорению неосвоенных вершин, пока не явил себя человечеству?

Но мы не склонны идеализировать нашего героя, стремясь, напротив, лучше понять мотивы многих его деяний и разобраться в противоречивой его натуре. Известно, что он был человеком сложным, и далеко не всегда поступки его, в отличие от его игры, заслуживали приза за красоту. О человеческих качествах Алехина сохранились весьма разноголосые свидетельства. «Алехин был человек неожиданностей – и в жизни, и на шахматной доске», – отзывался о нем С. Флор. А. Лилиенталь написал в книге воспоминаний, что сохранил «об Алехине впечатления самые наилучшие». «Я у него часто бывал дома. Он устраивал своеобразные шахматные приемы. Независимо от того, какой шахматный ранг носил его гость, он охотно делился с ним дебютными анализами, исследовал различные позиции. Однажды в «Пале-Рояль» должен был быть интересный блиц-турнир. Я очень хотел играть, но по-прежнему мешали хронические финансовые затруднения. Узнав об этом, Алехин сделал за меня взнос. Конечно, на деньги чемпиона мира я чувствовал себя обязанным играть хорошо. Мне это удалось, и я занял первое место. Когда получив приз, я хотел вернуть Алехину долг, он ответил: «Это успеется. Вернете, когда станете мастером». М. Эйве, дважды игравший с Алехиным за титул чемпиона мира, поделился с А.А. Котовым своим восприятием русского шахматиста: «Как человек Алехин был загадкой. <…> За шахматной доской он был велик, вне шахмат, напротив, он походил на мальчишку, который напроказил и по своей наивности полагает, что его никто не видит».

Австрийский гроссмейстер Э. Грюнфельд уверял, что в личном плане Алехин был человеком очень симпатичным, более того, «пользовался всеобщей любовью, всегда готов был дать совет своим товарищам, не скупясь поделиться своими знаниями и опытом. О нем не всегда писали только хорошее, но факт, что Алехин был отзывчивой, чуткой натурой». Британский журналист Э. Тинсли, один из сыновей шахматиста, мастера С. Тинсли, отмечал, что Алехина напрасно считают «холодным отшельником». Будучи лично знаком с Алехиным, Тинсли уверял, что был «он очень общительный и дружелюбный человек». Также лично знакомый с Алехиным и даже приятельствовавший с ним Л.Д. Любимов – русский эмигрант, журналист и писатель, после войны вернувшийся в СССР, – отзывался об Алехине как о человеке чрезвычайно высокого о себе мнения, уверенном, что ему открыты любые дороги. Но во Франции им почти никто не интересовался, поскольку французы в то время были равнодушны к шахматам, и популярностью Алехин не пользовался. Он жил как рядовой обыватель, «томился, завидовал, вызывал у близких даже беспокойство частыми ссылками на… Наполеона, которому, мол, не в пример «некоторым», сами события подготовили путь к славе. Одно время подумывал перебраться в США. Затем что-то оборвалось в нем, и он стал попивать. В пьяном угаре проиграл «шахматную корону» Эйве, затем, взяв себя в руки, вновь отвоевал ее, но запил снова…» Любимов вспоминал, что в речи и даже манерах Алехина всегда проглядывало какое-то раздражение. Точно что-то постоянно его томило и не устраивало, точно он был вечно недоволен собой и происходящим вокруг. Любимов считал его надломленным человеком, лишившимся с некоторых пор внутренней опоры. Наблюдение это весьма интересное, могущее многое объяснить в поступках Алехина, за которые люди, плохо знавшие шахматного короля, нередко спешили его осудить.

В этой связи уместно будет вспомнить высказывание об Алехине А. Бушке из письма к Ф. Мюру, издателю и переводчику на английский язык книги об Алехине испанца П. Морана: «Бетховен, несомненно, был одним из величайших композиторов, но это не означает, что он был приятным человеком. Так почему нельзя признать, что Алехин был одним из величайших шахматистов, хотя человеком он был довольно скверным, что, я уверен, подтвердят все, кто был с ним знаком. Так для чего обелять его?..»

Мы не стремимся ни обелять, ни очернять. Наша задача – как можно лучше понять. Но не имея возможности подробно поговорить об Алехине, рассмотрим несколько ярких страниц его биографии.

Почему Алехин покинул СССР

После Октябрьской революции шахматная жизнь в стране была прервана и возобновилась примерно в мае 1918 г., когда в Москве прошел матч-турнир между Алехиным, Ненароковым и Рабиновичем, закончившийся победой Алехина. А в конце мая архангельская газета «Северный путь» сообщила читателям, что в их город приехал знаменитый гроссмейстер Алехин, который в шахматном клубе дал сеанс одновременной игры на 17 досках, прочитал лекцию и провел еще один сеанс – уже на 31 доске. Осенью того же года Алехин отправился на юг России – вновь посетить Киев и Одессу. Может показаться странным такое рискованное путешествие в разгар смуты. Но Алехина влекли не кафе и варьете – новоявленное Одесское шахматное собрание наметило на декабрь 1918 г. проведение в городе всеукраинского турнира с участием сильнейших местных игроков и приглашенных гостей. И хотя в афише турнира имя Алехина не упоминалось, его приезд в Одессу был немедленно отмечен местной прессой.

С пребыванием в Одессе связана очередная странность в биографии Алехина. Допустим, что маэстро не побоялся проехать через полыхающую страну ради турнира. Хотя стоит отметить, что участие такой величины, как Алехин, в турнире, организованном в пору Гражданской войны студенческим шахматным кружком, может быть объяснено только добротой гроссмейстера. При всем уважении к местным шахматистам, едва ли этот турнир мог представлять для Алехина профессиональный интерес, из-за которого стоило рисковать жизнью. Но если вспомнить, что в Москве в ту пору было весьма холодно и голодно, то есть буквально не хватало дров и еды, а заработки и вовсе отсутствовали, то можно понять желание покинуть столицу и переместиться к югу, где гораздо теплее и сытнее и к тому же можно заработать, участвуя в турнире или просто играя на денежную ставку.

Однако турнир откладывался, и Алехину в самом деле приходилось добывать себе хлеб насущный легкими партиями. К весне 1919-го стало понятно, что турнир не состоится и пора думать о средствах для возвращения домой – в Москву. А в скором времени Одессу заняли части Красной армии, и в апреле 1919 г. Алехин был арестован одесской Губчека. Во время шахматного поединка в помещении Офицерского собрания вдруг появился человек в кожаной куртке и предъявил документ с печатью Одесской чрезвычайной комиссии. Человек приказал Алехину следовать за ним. На просьбу маэстро доиграть партию представитель власти ответил согласием, после чего они отправились в здание ЧК, где был оформлен арест, а шахматиста препроводили в тюрьму.

О причинах ареста, о том, как удалось гроссмейстеру «избежать расстрела», слагаются легенды и мифы. К отечественным мифотворцам присоединили свои голоса и зарубежные. Так, например, родилась версия о том, что в одесской тюрьме Алехина посетил председатель Реввоенсовета Л.Д. Троцкий, который тут же, в тюремной камере, уселся за шахматную доску, а проиграв, велел освободить Алехина. Кстати, уже после смерти чемпиона мира португальский журналист А. Портела расскажет своим читателям, как Алехин играл «в Зимнем дворце в Петрограде с царем всея Руси». Видимо, читателя легче заинтриговать рассказами о поединках с сильными мира сего. Но нам придется кого-то разочаровать, поскольку ни с «царем всея Руси» в петроградском Зимнем дворце, ни тем более с Троцким в одесской тюрьме Алехин не играл. Хотя бы потому, что в 1919 г. Троцкий не бывал в Одессе.

Известно, что арест Алехина был связан с анонимным письмом, обвинившим гроссмейстера в антисоветской деятельности. По поводу этой деятельности тоже существуют разные версии. Например, что в номере гостиницы, где поселился Алехин, жил до него некий английский шпион, устроивший в комнате тайник. Каким-то образом чекисты вышли на тайник и сочли Алехина причастным к злополучным находкам.

Интересную версию предложил С.Н. Ткаченко, обнаруживший в газете «Одесские новости» от 7 декабря 1918 г. следующее сообщение: «Среди зрителей находился проживающий сейчас в Одессе председатель Петроградского шахматного собрания Б.Е. Малютин, который выразил согласие дать на будущей неделе сеанс одновременной игры без доски. Такой же сеанс будет дан и А.А. Алехиным. Возможно также такое устройство сеанса одновременной игры наизусть, в котором господа Алехин и Малютин будут делать ходы по очереди, не советуясь друг с другом. Этот вид игры представляет совершенную новость: до сих пор никто из маэстро никогда не играл на таких исключительно трудных условиях». А вот сообщение из той же газеты за 1 декабря 1918 г.: «Находящийся сейчас в Одессе председатель Петроградского Шахматного Собрания Б.Е. Малютин попал к нам проездом из Ясс, где он принимал участие в качестве секретаря в работах Ясского совещания…» То есть Алехин связан с Малютиным, прибывшим с Ясского совещания. Что же такое Ясское совещание? Это встреча, проходившая в Яссах с 16 по 23 ноября 1918 г., в которой участвовали российские политические деятели, не признававшие советскую власть, с одной стороны, и представители стран Антанты, с другой. На встрече обсуждалась программа действий по ликвидации советской власти. Явившись из Ясс в Одессу, российские участники совещания поселились в гостинице «Лондонская», где проживал и Алехин.

Стоит ли удивляться, что Алехина, замеченного в обществе врагов советской власти, обвинили в антисоветской деятельности? Впрочем, быть может, письмо, как предполагает Ю.Н. Шабуров, было отправлено в ЧК неким завистником. Сам Алехин в интервью корреспонденту эмигрантской газеты «Новая заря» (Сан-Франциско) так описал свое пребывание в одесской тюрьме: «Я уехал за границу из Советской России в 1921 году. В России в момент владычества большевиков я прожил около трех лет и должен сказать, что мне пришлось вести там свое существование в чрезвычайно тяжелых условиях. Сначала они меня не трогали. Я был инструктором шахматной игры, занимался переводами с русского языка на английский и другими случайными работами. Наконец, в бытность мою в Одессе я был арестован большевиками и заключен в подвалы чеки. Большевики нашли у меня какую-то иностранную переписку, и это было достаточным поводом для предъявления мне обвинения в шпионаже в пользу Антанты. <…> В отношении меня пришло предписание из Москвы расстрелять меня только в том случае, если будут обнаружены серьезные и действительные улики. Таковых в конце концов не оказалось, и я был выпущен на свободу».

В интервью, которое вышло 14 мая 1929 г., Алехин нисколько не преувеличивает. Жизнь в первые годы советской власти действительно была непростой, в тяжелых условиях оказался не только Александр Алехин. И любой человек в те тревожные времена мог попасть под угрозу расстрела, если бы у него нашли иностранную переписку или любые другие намеки на связи с врагом. Точно так же дело обстояло и по другую сторону баррикад – заподозренный в сношениях с «красными» был бы немедленно казнен. Поэтому Алехин совершенно не оригинален и абсолютно правдив, делясь своими впечатлениями о временах Гражданской войны.

Есть и другая версия, гласящая, что спас Алехина от расстрела одесский шахматист Я.С. Вильнер, служивший в ревтрибунале. Вильнер узнал о приговоре за несколько часов до приведения в исполнение и дал телеграмму председателю украинского Совнаркома Х.Г. Раковскому, немедленно позвонившему в Губчека. Алехин в ту же ночь был освобожден. И тогда же, в апреле 1919 г., его приняли на работу, по одним данным, в инотдел Одесского губисполкома, а по другим – в комиссию по выдаче разрешений на выезд за границу при Губчека. Во всяком случае, на это указал в своих воспоминаниях, написанных в эмиграции, известный в свое время российский юрист и общественный деятель О.О. Грузенберг.

В июле все-таки пришлось собираться в Москву – к Одессе подходили деникинские войска, а испытывать на себе судьбу еще раз, проверяя, как отнесутся белые офицеры к служащему губернского исполнительного комитета, Алехину вряд ли хотелось. В августе он поселился в Москве в Леонтьевском переулке, а с 1 сентября приступил к занятиям в 1-й Государственной школе кинематографии. Понемногу восстанавливалась и шахматная жизнь. Но в декабре 1919 г. он оставил школу и отправился в Харьков для работы в Военно-санитарном управлении Харьковского округа. В Харькове он перенес сыпной тиф, а поправившись, несколько раз ездил в Москву с отчетами, пока наконец в мае 1920 г. не был окончательно переведен в столицу. До февраля 1921 г. Алехин, юрист по образованию, работал следователем Центрального следственно-розыскного управления Главного управления милиции – Центророзыска. К этому периоду относится эпизод, приведенный в книге «Розыск, дознание, следствие» И.Ф. Крылова и А.И. Бастрыкина и характеризующий память маэстро.

Как-то раз Алехин услышал разговор дежурного управления с задержанным, назвавшим себя Иваном Тихоновичем Бодровым.

– Как вы сказали, ваша фамилия? – вмешался Алехин.

– Бодров, – повторил тот. – А что?

– Вы не Бодров, а Орлов, – ответил Алехин. – И не Иван Тихонович, а Иван Тимофеевич.

– На пушку берете, начальник. Не на того напали!

– Пару лет назад в военкомате, где я вас впервые встретил, вы представились Иваном Тимофеевичем Орловым, – сказал Алехин. – Вы готовились к медицинскому осмотру, на груди у вас висел золоченый крестик на тонкой цепочке из белого металла, а под ним была небольшая родинка.

У задержанного и в самом деле оказались родинка и крестик на цепочке, а в скором времени было установлено, что это действительно Орлов – сбежавший из заключения рецидивист.

Одновременно с Центророзыском Алехин с 15 марта 1920 г. работал переводчиком в Коминтерне. При заполнении анкеты Алехин указал о себе, что владеет французским, немецким и английским языками, женат и от службы в армии освобожден по болезни сердца. Что касается второго пункта анкеты, следует уточнить, что 5 марта 1920 г. в Москве был зарегистрирован брак между Александром Александровичем Алехиным и Александрой Лазаревной Батаевой, вдовой. Однако брак их продлился недолго. И ровно через год, 15 марта 1921 г., Алехин женился повторно – на 42-летней швейцарской журналистке Анне-Лизе Рюэгг, с которой познакомился во время ее командировки в Россию. Зимой 1920–1921 гг. Алехин и Рюэгг принимали участие в поездке гостей и делегатов Коминтерна по городам России, включая Урал и Сибирь.

По прошествии месяца после второй свадьбы, в апреле 1921 г., Наркомат иностранных дел выдал Алехину документ следующего содержания: «Народный комиссариат иностранных дел не встречает препятствий к проезду в Латвию через Себеж гражданина Алехина Александра Александровича, что подписью и приложением руки удостоверяется. Заместитель Народного Комиссара – Карахан. №01139 – 29 IV – 21 года».

В мае 1921 г. Александр Алехин, потерявший уже к тому времени обоих родителей, был с новой супругой в Риге. С собой он привез несколько чемоданов вещей, среди которых была ваза, высочайше пожалованная ему как победителю турнира в Санкт-Петербурге в 1909 г.

Обратим внимание, что разрешение на выезд было получено в Латвию. Но если бы гроссмейстер действительно собирался съездить в соседнюю Латвию и вернуться обратно, едва ли он повез бы с собой огромную фарфоровую вазу. А это значит, что решение покинуть страну было в тот момент вполне осознанным и продуманным. Его отъезд интересен не сам по себе – мотивы отъезда проливают свет на личность Алехина и помогают объяснить другие его поступки, а также правильно оценить утверждения отдельных недобросовестных исследователей. Дело в том, что среди заграничных выступлений и публикаций Алехина так и не нашлось безусловных и неопровержимых его высказываний против Советской России. Поэтому утверждать, что Алехин покинул Родину, будучи убежденным монархистом, антисоветчиком и кем-то там еще, нельзя по причине безосновательности таких утверждений. Кстати, на то, что монархистом Алехин не был, указывает анкета, заполненная гроссмейстером при вступлении во французскую масонскую ложу «Астрея» в 1928 г. В отчете одного из руководителей ложи Н. Тесленко, написанном на основании сказанного Алехиным, говорится, что гроссмейстер накануне революции 1917 г. определенных политических убеждений не имел. От Октябрьской революции ждал обновления, но постепенно разочаровался, убедившись, что существует огромная разница между идеями и действительной жизнью. Ко времени вступления в ложу в возможность и эффективность монархии не верил и был сторонником демократического строя. Масоны-эмигранты описаны в романе М.А. Осоргина «Вольный каменщик» как люди, пытающиеся найти хоть какую-нибудь духовную опору и смысл в существовании. О том же поведал и Алехин, заявив, что вступает в ложу, «тяготясь духовным одиночеством».

Еще до вступления в ложу Алехин сам отчасти объяснил, почему принял решение об отъезде из России. Так, отвечая на вопросы анкеты австрийского журнала «Wiener Schachzeitung» в 1926 г., Алехин сказал: «Цель человеческой жизни и смысл счастья заключается в том, чтобы дать максимум того, что человек может дать. И так как я, так сказать, бессознательно почувствовал, что наибольших достижений я могу добиться в шахматах, – я стал шахматным маэстро. Все же я должен отметить и подчеркнуть, что профессионалом я стал лишь после отъезда из России и что я намереваюсь продолжать работу на юридическом поприще». В 1928 г., уже после матча с Капабланкой за чемпионский титул, Алехин заявил французским журналистам: «Францию я люблю за оказанное русским гостеприимство и за то, что она дала мне возможность оправиться после пережитого в России лихолетья. Я получил свое шахматное развитие в России, но пребывание во Франции способствовало мне в получении звания чемпиона мира, чем я, прежде всего, горжусь как русский». Следуют ли из этих высказываний какие-то политические утверждения? Можно ли понять слова Алехина как выражение политических убеждений или некоего кредо? Нет, потому что речь совсем о другом. И в момент своего отъезда, и спустя пять лет Алехин не верил, что, оставшись в Советской России, сможет: а) стать чемпионом мира по шахматам, то есть воплотить в жизнь свою заветную мечту; и б) сделать карьеру юриста. Не верил прежде всего потому, что не видел условий ни для того, ни для другого. Когда-то он работал в правовом отделе Министерства иностранных дел, а стал следователем Центророзыска. Когда-то получал первые призы на международных турнирах, а что теперь?.. Да, шахматная жизнь в первые годы советской власти хоть и начала восстанавливаться – в Москве открылся новый шахматный клуб, прошла Всероссийская шахматная Олимпиада, но все это пока находилось в стороне от мировых шахмат, от соревнований лучших мастеров планеты, все это пока напоминало разбор руин. И кто скажет, когда завершится разбор и начнется строительство нового здания? А чемпионом мира хочется быть теперь, не дожидаясь, когда поднимется экономика молодой республики, прекратится голод и восстановятся отношения с другими странами, когда возродится шахматная активность в родной стране, а с советскими шахматистами будут считаться во всем мире. Да и будет ли все это? Быть может, все образуется, но к тому времени гроссмейстер Алехин окажется не в той форме, да и не в том возрасте, когда можно побороться за чемпионскую корону. Так неужели все зря? Неужели его судьба – зарыть свой талант в землю?..

Вернемся к воспоминаниям Л.Д. Любимова: Алехин явился за границу с намерением стать шахматным королем и вершителем судеб. Его отъезд из России был очередным гроссмейстерским ходом в игре с судьбой, нацеленным на полную реализацию своих природных возможностей. Гениальный шахматист, человек выдающихся способностей – он был умнее, образованнее, сильнее, да просто на голову выше окружавших его людей и сам прекрасно осознавал это. Он верил, что может быть лучшим не только в шахматах. Зачем такая одаренность, если нельзя стать лучшим, признанным во всем мире?

Но обратим внимание на еще одну фразу, сказанную Алехиным французским журналистам: он благодарен Франции и даже признается в любви к ней за то, что она дала ему «возможность оправиться после пережитого в России лихолетья». Не исключено, что в этом случае он имеет в виду не общее для всех лихолетье, не хаос и разруху Гражданской войны и последующих лет, а то, что пришлось пережить и чего натерпеться лично ему. Ведь общение Алехина с советскими органами безопасности не ограничилось одесской тюрьмой. 21 февраля 1921 г. Алехин был вызван для дачи показаний в ВЧК, которая, как выяснилось, 16 ноября 1920 г. завела на Алехина дело №228. А началось все с телеграммы из Одессы: «У тов. Лациса от тов. Тарасова получена была подлинная расписка шахматиста Алехина от Деникинской контрразведки в бытность его в Одессе на сумму около 100 000 рублей. Адрес Алехина полтора месяца назад: Тверская ул., Гостиница «Люкс», Москва. В прошлом году он выехал из Одессы сюда. В настоящее время в Москве следователь Уголовно-Следственной комисс. Живет на 5–6 этаже. Приметы: выше среднего роста, худой, очень нервный, походка нервная, лет 30–34, найти можно через Клуб шахматистов. Сообщил бывший председатель ГЧК Одессы». Началось разбирательство, для чего Алехина и вызвали на допрос. Но после того, как он подробно в письменной форме ответил на все предложенные вопросы, его отпустили. В 1938 г. дело №228 снова достали – то ли ввиду намечавшегося матча Ботвинника с Алехиным, то ли в связи с процессами внутри НКВД – в 1938-м, например, был расстрелян Лацис. Возможно, из-за Лациса вспомнили и об Алехине. 25 сентября 1938 г. капитан государственной безопасности Федотов и старший лейтенант государственной безопасности Краев направили дело Алехина в 3-й отдел 1-го управления НКВД. На что получили ответ: «Возвращаю. Непонятно для чего эту переписку послали в 3-й отдел?» После чего дело №228 ушло в архив и было заинвентаризировано под номером р28167.

На допросе в 1921 г. Алехин заявил, что никаких денег не получал, а с товарищами Лацисом и Тарасовым не знаком. Но кроме того, он указал, что «с октября 1918 по апрель 1919 г. (до перехода Одессы в руки советской власти) находился с ведома тов. Мануильского в Одессе, жил на шахматные сеансы, шахм. игру в кафе Робина, закладывал кое-какие свои вещи и проч. Нигде не работал». Кстати, здесь же он написал, что «с апреля 1919 работал в Инотделе Одесского Губисполкома», что опровергает утверждения О.О. Грузенберга, вспоминавшего, будто Алехин служил в одесской Губчека. Ведь на допросе в Москве Алехину было бы даже выгодно представиться сослуживцем своих визави. Однако он этого не сделал, и скорее всего потому, что такое заявление не соответствовало действительности. Но тот факт, что в Одессе он нуждался в деньгах, гроссмейстер подтвердил. Вспомним, что в ожидании несостоявшегося турнира Алехин поддерживал отношения с Малютиным, явившимся в Одессу прямиком с совещания в Яссах. Там же, в Одессе, появлялись и другие деятели антисоветского движения, например, В.В. Шульгин, в то время руководивший одной из разведывательных структур Добровольческой армии под названием «Азбука» и знававший когда-то отца Алехина – Александра Ивановича, избиравшегося, как и Шульгин, в IV Думу. В 1920 г. «Азбука» в Одессе была ликвидирована, а Шульгин едва успел покинуть город и переправиться в Крым.

Если предположить, что нуждавшийся и вынужденный закладывать вещи Алехин, общавшийся с антибольшевистскими деятелями, мог одолжить у них денег, то неудивительно, что его расписка или расписки где-то проявились. Так, разгромив одесское отделение «Азбуки», чекисты могли захватить ее архив, где среди прочих бумаг хранились и расписки. Конечно, это только предположения. Но после посещения ВЧК 21 февраля Александр Алехин развелся с Батаевой и уже 15 марта женился на Рюэгг. 23 апреля он получил разрешение на выезд за границу и 11 мая был уже в Риге. На развод, женитьбу, получение разрешения и отъезд ушло меньше трех месяцев. И несмотря на то, что иные исследователи настаивают, что брак с Анной-Лизой Рюэгг был заключен по любви, доказательством чему якобы служит рождение в этом браке сына Александра, отмахнуться от очевидной спешки Алехина и, как следствие, отношения к браку с Рюэгг как к фиктивному невозможно. Кстати, Гвендолина Изнар – дочь третьей жены Алехина, Надежды Васильевой, утверждала, что к Анне-Лизе и сыну Александру гроссмейстер относился совершенно безразлично, и если бы не помощь Васильевой, им пришлось бы туго.

Спешка наталкивает на мысль, что гроссмейстер не просто боялся очередного вызова на Лубянку, а хорошо знал, что в следующий раз ему могут и не поверить на слово. Особенно в том случае, если из Одессы пришлют ту самую подлинную расписку.

Получение денег от вражеской стороны – преступление, карающееся в любом государстве, причем преступление, оправдаться за которое не так-то просто. И подтвердись такой факт в случае с Алехиным, вся его дальнейшая карьера – как юридическая, так и шахматная – на этом бы и закончилась. Однако утверждать, что он получал деньги от Шульгина или кого бы то ни было еще, мы не можем. Не исключено, что это память об одесской тюрьме вынудила его избегать дальнейшего общения с органами безопасности. Как бы то ни было, выбор был сделан. Дома ждала неизвестность и, возможно, неприятности. За пределами Отечества он надеялся начать новую жизнь – завоевать шахматную корону и продвинуться на юридическом поприще. Тем более 28 апреля 1921 г. в Гаване состоялся матч на первенство мира между Эм. Ласкером и Капабланкой. Новым чемпионом мира стал молодой кубинец. И Алехин, давно предсказавший такое развитие событий, бросился навстречу своей мечте.

(Продолжение следует)

Светлана Замлелова

sovross

Опубликовал: admin | Дата: Фев 26 2019 | Метки: Калейдоскоп |
Вы можете добавить свой комментарий ниже. Вы можете отправить новость в социальные сети.

Комментировать

Допустимый объём комментария: не более 1200 знаков с пробелами

Weboy

Последние комментарии

Мы в соцсетях

Поддержать сайт

руб.
Счёт № 41001451132177
Z328083690732
R145935562411 или +79135786207
Карта № 4276 8310 2377 4695 или
Счёт № 40817810931284000016/53
Кошелёк № +79135786207

блиц-поиск

Моя первая Зеркалка

Хотите выжать максимум из вашей зеркальной фотокамеры?
ЗАКАЗАТЬ

Photoshop CS5
от А до Я

Автор этого курса - Евгений Карташов - признанный эксперт Adobe Photoshop. Курс состоит из 2-х дисков и содержит 100 уроков в отличном качестве
ЗАКАЗАТЬ

Photoshop для фотографа
(новая версия)

Как получать прекрасные фотографии даже без дорогой фотокамеры
ЗАКАЗАТЬ

Бюджетная фотостудия или секрет фотовспышек

Как организовать свою портативную фотостудию? Как с минимальными затратами на свет получать фотографии, как в полноценной студии, при этом оставаясь мобильным?
ЗАКАЗАТЬ

Записей на сайте: 32,131 | Комментариев: 20,784

© 2010 - 2018 «Красноярское Время» – информационный портал:
важные политические, экономические и социальные темы, актуальные новости, обзоры, рейтинги, публицистика,
аналитика, версии, исследования, итоги, мнения известных людей, комментарии, видеозаписи, фонограммы.
Автор проекта: Щепин К.В.
При использовании материалов гиперссылка на «Красноярское Время» обязательна! Все права защищены!
Материалы сайта предназначены для лиц 18 лет и старше!

Войти | ManagAdNews
WordPress Themes
Wp Advanced Newspaper WordPress Themes Gabfire